Черный ангел

В любом случае, это лучше, нежели очнуться в лапах врагов. Дверь была открыта, в коридоре, у входа стоял охранник, он смотрел на меня. В дверях показались: человек в синем костюме, доктор и молодая медсестра с зелеными глазами.

Быть может, ее добрая улыбка или зеленые глаза напомнили мне о давно прошедших временах, таких далеких и зыбких. Что-то неуловимое, мимолетное манило меня к ней…

Доктор и неизвестный подошли к кровати, я повернул голову. Теперь я отчетливо видел их лица. Доктор – лысоватый, с бородкой, в очках.

– Так, когда вы выпишите его? Завтра можно забирать?

– Вы с ума сошли! Он не сможет встать, еще недели две, по крайней мере! – ответил врач с огромным возмущением.

Незнакомец, вероятно недовольный таким ответом, пристально посмотрел на меня и спросил:

– Кто ты?

Голос его был твердым и четким.

– Что? кто… я? я… кто? я… – невнятно пробормотал я в ответ и с ужасом понял, что забыл собственное имя.

– Он еще ничего не понимает. Не стоит его беспокоить. Прошу вас, выйдите из палаты, – вмешался доктор.

Они ушли, оставив меня в полном одиночестве на растерзание собственным душевным мукам. Мышцы моего тела судорожно напряглись. Рука сжалась в кулак, сминая простынь. Я попытался расслабиться, сделал несколько глубоких вдохов.

Дверь оставалась приоткрытой и было слышно, как доктор и человек в синем пиджаке о чем-то горячо спорят. Неожиданно незнакомец скомандовал охраннику: «Закройте дверь! В чем дело?».

Дверь захлопнулась, но я успел увидеть силуэт Ларисы. Да-да, Ларисы – хотя бы это я помню, значит еще не все потеряно!

Я прикрыл глаза, попытался сосредоточиться на воспоминаниях, вспомнить хоть что-нибудь из того, что помогло бы мне понять, что со мной произошло, разобраться.

Голова закружилась, все мысли расплылись, уходя прочь от безуспешных попыток воспоминаний.

Через какое-то время дверь открылась, в палату тихо вошла медсестра с зелеными глазами, в ее руках блеснула игла. Это шприц… Кажется, отрывки из прошлого на мгновение проявились в моих мыслях, всего лишь на доли секунды… и в тот же миг исчезли… но, все-таки, надежда еще не угасла, что мне удастся вспомнить все.