Дело частного обвинения (сборник)

Действительно, вместо пистолета в протянутой ладони незнакомца забелела «визитка».

– Сухарев Виктор Викторович, генеральный директор кооперативного агентства «Спорттур», – пыжик дрыгнулся вверх-вниз. – Владимир Александрович, прошу покорно – пять минут по личному вопросу.

– У меня прием до шести, – Виноградову грубостью тона пришлось прикрывать некоторую растерянность, возникавшую всякий раз, когда он убеждался в осведомлённости преступного мира и в вопиющей, возможной только у нас, уязвимости и незащищенности сотрудников милиции и членов их семей.

– Владимир Александрович, ради бога… Судя по вашему с Володиным разговору вчера – мы могли бы быть друг другу небесполезны.

– Допустим.

– Тогда, может быть, в машину? Не бойтесь, никакой опасности…

Виноградов понимал, что в машине есть еще кто-то – Сухарев выходил через переднюю дверь со стороны пассажира, но кто и сколько? Тонированные стекла – в свое время в Ереване милиция крушила такие резиновыми «демократизаторами» – не позволили разглядеть внутренность салона.

– Слышь, выйди-ка, погуляй поблизости. Я позову.

Со стороны водительского места встал и, разогнувшись, негромко хлопнул дверью угрюмого вида борец – его спортивную специализацию лучше всяких дипломов подтверждали характерно изуродованные уши, непропорционально развитая шея. Сломанный нос и весьма неширокий лоб были, так сказать, вторичными признаками – они нередко встречаются и у боксеров.

Алмакаев по кличке Ужас – Виноградов знал его по картотеке Управления и видел пару раз в обществе Володина – отошел в сторону и флегматично уселся на полуразвалившуюся качельку детской площадки, по счастью, пустовавшей.

– Владимир Александрович, вы же всегда с уважением относились к правилам игры… – начал Сухарев, когда они уселись рядышком на заднем сиденье.

– Не понял.

– Бросьте, здесь магнитофонов нет – отвечаю честью. Ну скажите, можно ли представить такое – повздорили два начальника милицейских отделов – к примеру, один у другого секретаршу увел.

– Не говорите ерунды.

– Вот именно. Так почему же вы думаете, что в наши разборки мы будем подключать правоохранительные органы? У нас своя этика…

– Но при ваших «разборках» ранили моего человека и чуть меня не угробили.