Гексаграмма: Книга алой тайны

– Чари! – закричала с очевидным облегчением Ишка. – Ты вовремя! Ещё немного – и у меня кончились бы стрелы!

– Я же чертил символ дубликации на вашем колчане, леди Ишка, – недоуменно моргнул Ричард. То ли от волнения, то ли от того, что они говорили не наедине, он снова перешёл на официальный тон.

Этот знак, функционируя как надо, воспроизводил копии стрел, как только Ишка забирала их, и в том же количестве. Он работал на вложенной Ричардом энергии и в точности копировал состав материалов, плотность и прочие параметры.

– Он очень бледный, его почти не видно. Извини, что не сказала раньше… Я заметила, только уже ввязавшись в это безобразие.

– Дай, подновлю… – Ричард коснулся ладонью знака, вливая в него дополнительные ресурсы. Из едва заметного тот стремительно вновь набирал яркость и чёткость.

Остатки сборища покинули площадь перед дворцом, и они остались втроём.

– Знаешь ли ты хоть кого-то, более слабого и неестественного, чем человек? – наконец, спросила она.

– Неестественного? – Ричард поднял на неё глаза.

– Да! Только мы истребляем просто так и любуемся агонией! Кем надо быть, чтобы развлекаться тем, как кто-то страдает от горя или терпит телесные раны?!

– Ишка… – с беспомощной печалью промолвил Ричард.

– Кто-то поджёг особняк, а они вместо поисков виновника стояли и глазели! Уж не знаю, кто здесь жил и кому перца за шиворот насыпал, что они решили так расквитаться, но те, кто может любоваться чужой агонией и смертью, никуда не годятся! – Ишка вся буквально пылала негодованием и отвращением к такому низкому поведению. – Я не слабонервная, ты знаешь, ведь мы с тобой вместе повидали немало мерзостей, но глубины человеческого малодушия и подлости никогда не перестанут меня изумлять!

– Надо проверить, уцелел ли кто-нибудь внутри, – пробормотал Ричард, не найдясь, что ещё сказать.

– Точно, – и, не теряя больше ни секунды, она быстрым размашистым шагом направилась ко дворцу. Ричард кинулся её догонять.

Вот только войти им, разумеется, не дали.

Фигуру на балконе они заметили слишком поздно.