Выжить любой ценой. Другая история

Хотя, почему однофамилец? Всем известно, что настоящая фамилия Ильича была Ульянов, а Ленин – это псевдоним.

– Уверен?

– Да, у тебя же на роже написано всё, о чем думаешь. И к тому же ситуация такая, что другого выхода нет… – посмотрев по сторонам, Арсений спросил: – Кстати, какой сегодня день?

– Ты же наблюдательный, – съязвили я. – Наверняка вёл личный календарик. Зачем спрашиваешь?

– Если бы я знал, то не стал бы спрашивать, – ответил Арсений. – Но я не знаю, сбился со счёта, потому что довольно часто пребывал в бессознательном состоянии.

Я покачал головой.

– А мне их ставили почти каждый день, и пользы от этого не много. При таком уходе даже самый адекватный за месяц становится конченым психом. Я им пока не стал, но всё к этому шло.

– Частично, ведь ты сам говорил, что мы все психи.

– Мальчишка, ты начинаешь нравится мне! – воскликнул Арсений. – Думаю, мы подружимся…

Остановившись рядом с дверью, я сел на корточки и в несколько нехитрых манипуляций открыл засов. Потянув за ручку, открыл дверь и посмотрел на психа в полный рост. Честно сказать, за дверью он казался меньше, такого дядю сложно завалить без оружия, а если схватит то, считай, пропало. Говорят, что у психов силы на порядок больше.

Наклонив голову вправо, Арсений громко хрустнул шейными позвонками.

– Тело забыло свободу… – пожаловался он. – Нужно было держать его в тонусе, но не было возможности. Совсем скоро я стану прежним…

Только теперь заметил на руке Арсения небольшое повреждение круглой формы. Такое может быть от укуса, такое бывает только от укуса!

Прыгнув назад, я мгновенно направил на освобождённого ствол автомата и рявкнул:

– Стой на месте или я сделаю из тебя дуршлаг!

– Дырок десять-пятнадцать максимум, – ухмыльнулся он как ни в чём не бывало.

– Ты заражён! Руку покажи!

– А, ты об этом… – Арсений удивлённо уставился на укушенное предплечье. – Кто знал, что Виталик окажется кусачим? Он рассчитался за содеянное разбитой мордой и оторванной рукой.