Обречённый мир. Преданный

В качестве напитка стояла бутылка вина.

– Сегодня я бы хотел ещё раз поприветствовать нашего нового друга и будущего спасителя, – Фиолетовый встал. – Важно сказать о том, что…

Майя во время увлекательной речи своего отца разливала вино по бокалам, но мне налила из какой-то фляги что-то красное и шепнула: «Скажешь, как тебе на вкус». Речь её отца была очень странная для компании из трёх человек, слишком официальная, словно он выступает перед залом. Впрочем, по его лицу можно было точно сказать, что ему нравится то, что он делает.

– …и на этом я завершаю приветствие, – закончил Фиолетовый.

Майя села на своё место и с озорной улыбкой посмотрела на меня. На моём лице тут же проступила краска, а потому я посмешил прильнуть к бокалу. Глоток. Рука разжимается и бокал летит на пол. Кровь! В нём была кровь! Но самое ужасное было, что я понимал, что это кровь с её обычным вкусом, и в то же время мозг заверял меня, что это вкусно! Моему телу не было противно её пить, лишь разум не хотел воспринимать факт этого действа.

– А чья это кровь? – я попытался не выдать своих чувств и задать вопрос как можно обыденнее, хотя вряд ли это у меня получилось.

– Ну, мы сначала хотели дать тебе кровь Тринида, но потом подумали и решили, что тебе лучше пойдёт приближенная к твоей. Так что это моя кровь, у меня ещё целая фляга есть, если хочешь, можешь взять, – сказала Майя и улыбнулась, протягивая эту самую флягу.

– И всё же не стоило давать ему кровь, не предупредив, – заявил Фиолетовый, посмотрев на меня. – В крови каждого разумного существа находятся мельчайшие частички его души, и потому она для тебя такая же пища, как и сок душ. Намного менее питательная, но всё же пища.

– Если бы предупредили, он бы точно не стал бы пить, – возразила Майя.

Начался спор. На меня же внимание уже никто не обращал. Я думал всё же попробовать съесть яичницу, но после такого напитка, аппетит исчез.

– Не соглашусь, напиток прекрасен, – зазвучал у меня в голове голос Пожинателя, – но её крови я всё равно не вижу.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я мысленно.

– Это не её кровь, в этом я уверен на девяносто девять процентов, её я могу чувствовать, а крови внутри неё я не чувствую.