Притчи 1—28

– Ну ладно, но только не подставляй, ладно?

Молодой хоть и был в смятении, но соблазняло его всё-таки больше решение надоевшей ему проблемы, чем неизвестность происходящего. То что сказал старший, что им «надо ещё мотануться», было тоже неправдой, как и полстакана травы. Таким образом они сделали крюк до одного дешёвого магазина и ушли домой к старшему пить докупленное в том магазине пиво. Старший жил в коммуналке один в комнатушке; соседи у него были тихие: одна доживающая бабка, к которой раз в месяц приходила дочь, узнать жива ли она ещё и семейка из двух пожилых алкоголиков, спровадивших давно своих детей в новые созданные ими семьи и проживавшие наконец так сказать в своё удовольствие, без забот и хлопот на скромные заработки и колымы, впрочем которых хватало с лихвой на пропой.

Когда старший сказал, «что у него есть кое-что другое» вместо наркотиков, то младший вовсе не подумал что он врёт или водит его за нос с какой-то ему неизвестной целью, ибо в глазах у него была решительная твёрдость, как бы даже осязающая тот предмет, который он имел ввиду вместо наркоты.

И поэтому он более не возвращался к этой теме до самых девяти часов. В девять часов Будай впрочем не явился и даже младший лукаво смекнул, что может быть это и был такой рассчёт его приятеля, мол он всё-таки старше и разбирается в человеческой натуре как-то глубже чем он. Но нет, в десять часов раздались два длинных звонка, которые означали их комнату. Старший пошёл открывать; открыв он увидел Будая в компании с ещё каким-то парнем, и несколько нахмурился этому.

– Пошли. – строго сказал он одному только Будаю, давая понять, что приятель останется в подъезде. Тем лишних объяснений не потребовалось, ибо всем известно, что в таких делах необходима конспирология.

– Присаживайся. – ласково сказал старший вошедшему Будаю и указал место на кровати. Помимо кровати в комнате стояло ещё кресло, в котором восседал младший, и был один стул задвинутый под письменный стол, – стол впрочем только считался письменным, но служил под заседания для приёма пищи.

Будай кротко сел куда ему приказали. Старший полез сначала под подушку и, будто запамятовав куда припрятал заветный свёрток с зельем, улыбнулся, – на самом деля тяня время, – потом полез под матрас и стал копаться там, дожидаясь, когда Будай несколько отвлекётся и в тот момент как он увидел, что Будай из необходимого приличия отвёл взгляд, старший мигом вынул оттуда большой кухонный нож и вонзил Будаю в шею.