Пирамиды богов

При упоминании этой истории по спине до сих пор пробегал холодок.

Софи Ламбер попала сюда по решению суда, признанная невменяемой за убийство своего четырехлетнего сына. На суде она заявила, что убить его заставил внутренний голос, сообщивший о надвигающимся конце света. Несколько недель назад она сбежала из своей палаты, непонятным образом проскользнув через охрану. Затем раскупорила окно и выбросилась с третьего этажа, приземлившись спиной на ограждение. Женщина скончалась через несколько часов в реанимации. Поговаривали, что это была уже восьмая попытка самоубийства за последние пять лет.

– Вы не могли бы присесть, я сейчас приглашу заведующего, – сказала Пилар, стараясь сохранить ровный голос.

– Лучше я постою милочка, сесть и встать для меня одна трагедия.

– Мы вам поможем, не переживайте.

Старик не сдвинулся с места.

Пилар набрала номер, но никто не ответил. Она вышла в коридор и попросила медсестру срочно найти заведующего.

Через несколько минут размеренным шагом спустился Эммануэль.

Он был как всегда безупречен: выбрит до зеркального блеска; волосы стоят аккуратным ежиком. Когда мужчина проследовал мимо, Пилар незаметно вздохнула его бриз. Снова тот самый аромат, что каждый раз сводил с ума. И почему такие мужчины никогда не обращают на нее внимание?

Свет солнца пробивался через высокие витражи и на его фоне, халат Эммануэля казался белее снега.

– Доктор Гарсия, – он протянул руку.

Старик ответил слабым рукопожатием.

– У вас есть собой какие-нибудь документы? – спросил Эммануэль.

– Зачем? – удивился старик.

– По нашим данным у Софи родители погибли много лет назад.

Старик призадумался.

– Ах, да моя бывшая жена и ее второй муж погибли в девяносто первом. Это был ее отчим. Она взяла его фамилию после нашего развода, – Он пошарил карманы куртки, – паспорт, видимо, оставил в отеле.

– К сожалению, я не имею права, – начал Эммануэль.

Старик подошёл вплотную и схватил доктора за руку.

– Прошу. Я очень болен, – костыль с грохотом упал на пол.

 – Она моя единственная дочь. Я хочу увидеть ее в последний раз. Я должен попросить прощения. Я непутевый отец. Умоляю.

Старик заплакал, повиснув на руке заведующего, как на поручне. Пилар подбежала и перехватила его сзади.

– Она умерла, – вырвалось у нее. Пилар не смогла сдержать слез. – Мне очень жаль, она покончила с собой.

Старик закряхтел и обмяк. Эммануэль перехватил его за плечи и оттащил к дивану.

– Дура! Реанимационный набор живо.