Дом костей

Одиль сидела в самом центре, за письменным столом, заваленным бумагами и кожаными папками. Вдоль стен тянулись полки, уставленные книгами, костями и множеством свечей. В помещении также имелся слабо горевший и потемневший от копоти камин.

Все еще взволнованная пристальным взглядом женщины, Рен встала перед столом. Наконец Одиль улыбнулась, но выражение ее лица осталось каким-то отстраненным, словно ее забавляли собственные мысли. Она откинулась на спинку стула, сложив руки на животе. Одиль, с волосами цвета меди, прилизанными и постриженными вровень с линией подбородка, скорее всего, была ровесницей отца Рен.

– Леди Рен Грейвен, я полагаю? – сказала она.

Рен кивнула:

– Зовите меня просто Рен.

– Ты очень на него похожа.

– На Вэнса? – спросила девушка, предположив, что Одиль имеет в виду ее отца. Улыбка женщины стала жестче, и Рен припомнила, что, хотя отец и говорил, что они вместе служили, он никогда не упоминал, что они были друзьями.

– Вообще-то я думала о Локке. – Выражение ее лица смягчилось, стало почти задумчивым, прежде чем она продолжила: – Но уверена, что и с Вэнсом сходство есть… Кое в чем.

– Если найдете между нами что-то общее – дайте мне знать, – отозвалась Рен. – И раз уж пошел такой разговор, то и о схожести с моей бабушкой тоже сообщите. Когда она смотрит на меня, то видит только мою мать, хотя они никогда не встречались.

Хотя у Рен были такие же глаза с бледной радужкой и суровые прямые брови, как у отца, в остальном их мало что связывало. У него были густые вьющиеся волосы светло-пепельного цвета, гордый и крупный нос, а кожа – оливковая, с легким загаром.

Губы Одиль изогнулись в улыбке.

– У леди Светланы, думаю, талант разглядывать недостатки, а не семейные черты. Хотя часто это одно и то же.

Подразумевались ли эти слова как шутка?

– Мой отец сказал, что вы были жнецом моего дяди. Вы все вместе служили здесь, в Крепости.

– Это все, что он сказал обо мне? – спросила женщина.

– Он сказал, что вы присмотрите за мной, – пожала плечами Рен.

Мгновение Одиль выглядела разочарованной, но после фыркнула.

– Прошу прощения, – увидев на лице Рен удивление, сказала Одиль и покачала головой все с той же печальной улыбкой.

– Я предполагала, что вам доложили о моем прибытии… – неловко начала Рен.

Откуда еще она могла знать ее имя?

– О, так и было.