Корона из перьев

Мастер Берик. Мастер-наездник? Так обращаются к полноправному укротителю. Если всякого, кто оседлал феникса, можно назвать наездником, то в армии укротители делились на два ранга: мастера и подмастерья.

– Эллиот, не забывай: без титулов.

– Да, конечно… простите, сэр.

– Времени у тебя полно, главное – вернись до утра.

– Успею.

Берик вздохнул:

– Если бы не строгость коммандера… ты мог бы забрать ее. Твоя сестра – она ведь тоже анимаг?

– Как и все в нашей семье. Она бы пришла со мной, если бы он позволил.

 – Голос Эллиота дрогнул от сдерживаемой горечи. – Ей страсть как хочется в наездники.

Берик откашлялся, и Вероника испугалась, как бы он не услышал стук ее громко бьющегося сердца.

– Как бы там ни было, тебе повезло, что она приехала сюда навестить родню.

– Да, сэр, я пойду.

Услышав шаркающие шаги, Вероника слишком поздно сообразила, что парнишка вот-вот обогнет повозку и увидит их. Она выпрямилась и потянула за собой Воробейку.

Эллиот и правда застал их у откинутого клапана тента, возле груза.

– Эй! – крикнул он, первой обратив внимание на Воробейку. Как и торговка шарфами, он сразу же приметил спутанные волосы и грязную одежду и решил, что добра от оборванки ждать не стоит. – Прочь, воровка!

Он кинулся к ней, угрожающе замахнувшись, но путь ему преградила Вероника. Она вскочила между ними инстинктивно, не желая давать Воробейку в обиду. Хватит с нее жестокости.

– Она не воровка, – резко сказала Вероника, положив руку на плечо Воробейке.

Говорила она неожиданно уверенно. Чирик тоже разразился щебетом, нарезая широкие круги. Эллиот опешил.

Он уставился на птицу, потом на Веронику, которая, к слову, выглядела едва ли лучше Воробейки.

– В чем там дело? – спросил Берик, обходя повозку. Вероника застыла на месте: этого она не ожидала. Она хотела просто защитить Воробейку. Меньше всего хотелось предстать воровкой или смутьянкой в глазах человека, который мог бы осуществить ее мечты.

Не говоря больше ни слова, она подхватила Воробейку под руку и потянула за собой через толпу.

Чирик полетел следом. Вероника обернулась – их не преследовали. Уходили-то они с пустыми руками, а значит, ничего не прихватили. И все же внутри у нее все сжалось: неужели она сама все испортила?

– Ты заступилась за меня, – сказала Воробейка, когда они остановились на краю рынка. Она вытянула руку в сторону, и Чирик сел ей на ладонь. Девушка, нахмурив брови, повернулась к нему и потрепала по головке.