Сводный брат

– Хорошо, не хочешь рассказывать сейчас, обсудим при встрече.

Я знала подругу, как свои пять пальцев. Она не отстанет и обязательно устроит мне допрос. Придётся всё же как-то объяснять своё поведение. До сих пор не могла понять, что произошло вчерашней ночью. При одном воспоминании о невозможно красивом обладателе серых глаз бросало в жар, а сердце начинало биться сильнее. Никогда не испытывала такого. В то же время я чувствовала жуткую злость от его наглости. И, возможно, неосознанный страх.

Назойливый стук в дверь прервал наш разговор, и я не успела ничего ответить.

– Мне пора. Созвонимся позже, – быстро сбросила вызов и взглянула на мать, ворвавшуюся в спальню.

– Александрина, я вроде бы ясно дала понять, что ты должна готовиться к переезду, а не болтать по телефону. Больше никаких разговоров на этой неделе, пока не закончишь все дела! Ты наказана.

Моя мать вообще в курсе, что такое личные границы? Как же это раздражало.

– Тебе больше нечем заняться, кроме как подслушивать мои разговоры? Отстань от меня, изверг! – и в женщину полетела увесистого размера подушка.

Но то ли природная ловкость, то ли знание моих «оборонительных» тактик из детства спасло её. Я расстроено вздохнула.

Мой личный ад продолжался. Пока не мою пользу. Джоан-Лекси: два-ноль.

***

Обычно в хорошие периоды время бежало быстрее, чем нам хотелось бы. Но не сейчас.

Пять скучнейших дней моей «новой жизни» тянулись, словно караван в пустыне. Бытие будто замерло, потеряло смысл. Вместо того, чтобы веселиться с друзьями, ходить по магазинам или загорать у бассейна в доме Тессы, потягивая кофе со льдом, мне приходилось заниматься домашними делами.

Моя мать, чёрт возьми, настоящий домашний узурпатор. Видимо, идеальная в её понимании дочь и должна проживать дни своей юности по чёткому списку: поела, убралась, почитала заданную на лето литературу, легла спать.

Сразу после ссоры с Джоан я решила притвориться «хорошей девочкой» на время, конечно же, и начала разбирать шкаф. Множество вещей я не взяла с собой при переезде в Сиэтл. И всё же, кроме кучи хлама, старых школьных тетрадей, детских вещей и пыли там не нашлось ничего интересного.