Кинжал Гая Гисборна

 – Шериф! Помоги мне!

Мертвец, на этот раз самый что ни на есть настоящий, впился пальцами, сквозь мягкую плоть которых чувствовались кости, в его шею и повлёк в сторону, где остался Робин Гуд.

Вдруг рядом послышался громкий плеск – кто-то подбежал к ним.

– Я же говорил метить в ноги!

Шериф с силой ударил разбойника прикладом по лицу, да так, что трупная жидкость брызнула вместе с гнилыми ошмётками щеки, схватил обеими руками его голову и рванул вбок. Раздался треск и мерзкое хлюпанье.

Йован отшатнулся назад и едва устоял на ногах, споткнувшись о речной камень.

– Что это? – пролепетал он. Хотелось кричать, но голос был таким слабым и охрипшим, что сам Йован еле слышал свои слова.

– Это, сынок, шайка Робина Гуда, от которой надо бежать так резво, как только можешь. Давай же, не стой!

Шериф крепко сжал его предплечье и потащил за собой, быстро переходя на бег. Лай Ганнибала звенел где-то впереди, всё отдаляясь, а старик бросался то вправо, то влево, продвигался зигзагами и не выпускал из рук ружьё, замедлявшее его.

Единственным, о чём мог думать Йован в этот момент, были три слова: «Да ну нафиг…» Не было мыслей о спасении или о жуткой гибели в лапах чудовищ – только эта фраза.

Внезапно они вылетели на дорогу, ту самую, по которой он впервые пришёл в деревню. Шериф остановился, вскидывая ружьё к плечу.

– Беги домой. Я перебью им ноги и догоню тебя.

Йован помчался, не чувствуя ни боли в израненных ногах, ни жара, хотя пот уже лился каплями, ни даже страха; рядом с ним, шаг в шаг, галопом неслась собака, выпучив ошалевшие глаза.

Глава IV. В ловушке

На улочках деревни, всё такой же молчаливой, будто почти нежилой, с тусклыми печальными огоньками в окнах, не было ни одного жителя. Только собаки из-за заборов отзывались лаем на топот бегущего человека.

В доме Шерифа не горел свет. Йован бросился ко входу, но двери оказались закрыты.

– Гай, ты там? – позвал он.

Никто не ответил, и он бессильно опустился на ступеньку, обхватив Ганнибала за мохнатую шею и прижав его к себе. Пёс заворчал, но всё же лизнул дрожащую руку и устроил голову и передние лапы на коленях Йована.

– Мне не страшно, я трясусь только от усталости, – прошептал он собаке.

Что-то, щекочущее как жук, поползло по локтю, и Йован машинально прихлопнул его ладонью, но не почувствовал под пальцами насекомого.