Кинжал Гая Гисборна

От Шерифа за это время Йован услышал только несколько слов, и те были обращены к собаке, постоянно оглядывающейся на хозяина.

– Гай вам не сын, верно? – спросил он, когда идти молча окончательно наскучило.

– Верно, – ответил старик, не поворачивая головы. – Задаёшься вопросом, на кой чёрт тогда мне этот бездельник?

– Ну…

– Когда я брал его в помощники ещё мальчишкой, то не имел представления, что из него вырастет такой бесполезный лось. Впрочем, хоть Гай и размазня триста шестьдесят четыре дня в году, на триста шестьдесят пятый он способен взяться за дело и выполнить его так, что не придерёшься.

– А у вас родственников нет?

– Никого. Ни братьев, ни сестёр, женат не был и слава богу.

– Не любите семейные ужины? – засмеялся Йован.

– Терпеть не могу, – Шериф тоже улыбнулся.

Начинало темнеть, и старик зашагал бодрее, всё чаще понукая собаку ускориться. Он трещал сухими ветками, с силой наступая на них, как маленький ребёнок, впервые гуляющий в лесу.

«Приходите, волки, на парад… Неужели нельзя не топать, как армия боевых роботов», – мысленно закатил глаза Йован.

Клочки неба за густыми ветвями были ещё светлыми, но лес стремительно чернел. Насыщенные зелёные и бурые цвета серели, камни и поросшие травой ямки становилось трудно различать. Йован не раз спотыкался и чуть не падал, успел отбить все пальцы на ногах и ободрать ладони.

– Далековато для коровьих похождений, не думаете? – окрикнул он Шерифа. – Мне кажется, Ганнибал идёт не по тому следу.

Старик остановился.

– Не знаю, сынок, не знаю. Нашему скоту дай волю – на северный полюс забредут.

– Ну если корова настолько сурова, может, она и перекантуется в лесу до утра? Сами же говорили, что нам опасно выходить ночью, было бы глупо рисковать ради животного.

Шериф огляделся по сторонам и вздохнул.

– Да, ты прав, – сказал он громче, чем было необходимо, учитывая то, что они стояли друг от друга шагах в десяти. – Пора поворачивать.

Зашуршал ветвями и травой вечерний ветер.

– Я только осмотрю эти кусты. Что-то мне подсказывает, что там может быть наша беглянка. В темноте трудно заметить чёрную шкуру…

– Стоп, чёрную? – Йован осознал это спустя пару секунд. – Два часа назад она была в рыжее пятно!

– Я хотел сказать…

– Что с одной стороны она чёрная, а с другой пятнистая? – он почти кричал, разозлённый такой глупой и наглой ложью Шерифа.