Кинжал Гая Гисборна

«Это была бы очень глупая смерть», – подумал он и дал себе обещание чаще смотреть под ноги и не спотыкаться там, где есть риск свалиться и сломать шею. Но Йован смог продержать его меньше минуты – на лестнице что-то подвернулось под ноги, и если бы не перила, он скатился бы вниз. Маленькие коготки грызуна спешно застучали по полу.

– Миссис Мышь, мать вашу!

Крыса презрительно смотрела на него, шевеля длинными усами. В лапках она держала надкушенную золотую монету, одну из того мешочка, что утром принесла женщина.

– Что, блин? – изумился Йован и протянул руку к крысе. – Ну-ка, дайте посмотреть…

Но миссис Мышь схватила монету в зубы и шмыгнула в темноту, сверкнув лысым розовым хвостом.

Едва он вышел на улицу, как Оуэн метко бросил мяч прямо ему в лицо. Но Йован, даже не вздрогнув, перехватил его; эта игрушка была такой маленькой, что её легко можно было поймать одной рукой.

– Такие трюки со мной уже лет десять как не проходят, – ухмыльнулся он, сильным броском отправляя мяч обратно.

– Так уж и лучшим? – осклабилась Энни. – Этих игр так много, что невозможно уметь играть во все. Держу пари, что в покере ты меня не переплюнешь.

– Карты не считаются! – наигранно возмутился Йован. – И дети не играют в покер, они гоняют мяч и прыгают через скакалку.

Девочка показала ему язык.

– Через скакалку я тоже лучше тебя смогу.

– Но у нас нет карт и скакалки, а есть мяч, – напомнил Оуэн.

И мяч летал из рук в руки, от ног к ногам и за забор соседнего дома, и в окно с удачно прочным стеклом, и в голову пробегавшей мимо собаки, которая с радостным лаем поспешила присоединиться к игре. Йован всеми силами старался оправдать своё звание лучшего игрока (пусть и не во всём мире, а всего лишь в родном дворе), и это у него получалось. Ребята хлопали в ладоши и визжали от восторга, когда он держал мяч на носу, вертел на пальце и проделывал прочие трюки, которым научился в детстве.

Солнце ползло всё выше и выше, время давно перевалило за полдень. Йован запыхался и вспотел так, будто его окунули в реку, а дети носились вокруг, не чувствуя никакой усталости от многочасовой беготни.

– Давайте последний раунд и на этом закончим, – он решил наконец сдаться и отдохнуть.

– Что, старикан, радикулит? – язвительно крикнула Энни.