Дышу тобой

И ступаю внутрь помещения, где меня ждёт совершенно незнакомый мужчина из моего родного города, моей прошлой жизни.

Мы с ним не были знакомы, когда я жила там, с родителями. Мы не познакомились и после моего отъезда сюда, в мегаполис. Да и априори не могли быть знакомы, поскольку я его старше на пять лет. Целых пять лет – немалая разница, чтобы иметь общие интересы и увлечения. Когда я уехала учиться в московский институт, он был ещё школьником.

– Добрый день! Это я искала встречи с Вами, – подойдя ближе к молодому депутату, инициативно протягиваю руку для приветствия.

Я надеюсь, что она не влажная от волнения, потому что я страшно переживаю. Помимо волнения мне будет катастрофически стыдно, если он ее не пожмет. Хотя зная о его не совсем приличной репутации, не удивлюсь и такой реакции.

– Роман Витальевич, – представляется он и, привстав с места, пожимает руку.

– Присядем? Времени у нас с Вами не так много, как хотелось бы. У меня рабочий день и у Вас наверняка плотный график? – скромно улыбаясь, заглядываю ему в глаза, изучаю лицо.

Оно приятное, ухоженное. И красивое.

– Времени совсем нет. Я здесь проездом. Через пару дней мне нужно быть в Омске, на защите проекта по благоустройству площади возле одного Дворца культуры в своем городе. Не смог побороть любопытство, увидеться с Вами.

– Спасибо Вам, Роман Витальевич! Я не представилась, меня зовут Анжелика. Можно просто Анжела, Лика, Лина, если удобно. Некоторые друзья называют меня Энжи.

– Энжи? По-иностранному красиво! – задумчиво улыбается в ответ.

 – Анжелика Пинк, верно? Я посмотрел Ваш профиль в паблике. Пинк – это фамилия или псевдоним?

– Это фамилия и она настоящая. – начинаю кокетничать, потому что тема моей фамилии всегда хорошо обсуждаемая. Она как связующая нить прокладывает дорожку к общению с людьми разного возраста. Всем без исключения интересна история ее происхождения.

– Своя или супруга? – зачем-то уточняет, будто это важно в нашем с ним разговоре. Видимо, чистое любопытство.

Но это не порок.

– Осталась от супруга, как вечная память о неудачном браке. И она как вечная любовь до гробовой доски, – пытаюсь отшутиться и перевести разговор в другое русло. Наша встреча не для анализа моей жизни. Вовремя появляется официант и мы делаем заказ.

– Роман Витальевич, Вы не против, если я включу диктофон? – дежурно спрашиваю, приготовившись к беседе. У меня тьма вопросов и крайне мало времени. Есть предчувствие, что мне его не хватит.