Память души

Усердно пытаясь прогнать дурноту и абстрагироваться от происходящего, я думала о человеке, чью жизнь так отчаянно желала спасти, о том, что скажу ему, когда, наконец, он очнется… Что, вне всяких сомнений, именно его вижу в повторяющемся вот уже долгие годы сне? Что к нему меня привело нечто за гранью логики и здравого смысла? Абсурд! В лучшем случае он посмеется надо мной…

– Расслабьтесь, отдыхайте, это ненадолго, – сообщил врач, выходя из палаты после проведения экспресс-анализа. – Кровь в норме, аппарат для переливания подключен, процесс пошел.

Едва касаясь, я провела кончиками пальцев по запястью до боли знакомого незнакомца, лежащего на соседней койке. Сердце вновь наполнилось необъяснимыми чувствами. Пульс ускорился, в ушах зазвенели тысячи колокольчиков, и все перед глазами расплылось, окутанное туманом. Я отключалась от этого мира, словно теряя связь с неустойчивым сигналом. Веки невольно опустились, сознание покидало меня, испарялось сквозь кожу, оставляя тело лежать на жесткой, неуютной поверхности.

Впереди зияла бесконечность, залитая черной краской с беспорядочно разбросанными в этом хаосе яркими вспышками. «Светлячки или космос?» – пронеслось в голове. Сквозь тьму я разглядела сначала лишь смутный силуэт, но вскоре ясные очертания – рука, протянутая ко мне. Серебряное старинное кольцо на большом пальце. Окрыленная эйфорией, я безуспешно стремлюсь навстречу, но мираж остается недосягаем. Спустя пару секунд я рухнула в омут, полный сладких иллюзий, как маленькая девочка в кроличью нору.

«Просыпайся», – слышится сквозь дрему откуда-то из параллельного мира. — «Открой глаза!»

Постепенно я возвращалась к жизни, выныривая из глубин подсознания. «Где я? Что происходит?» – вопросы роились в голове, приумножаясь в геометрической прогрессии. Резко поднявшись, я взглянула на часы, что висели на стене напротив. Казалось, я проспала целую вечность, однако прошло лишь несколько минут. Ноющая боль в руке окончательно вернула меня в реальность, события выстроились в хронологическую цепочку.

Казалось, что завеса священной тайны приоткрыла предо мной свои двери, но я не была до конца уверена, что готова принять то, что ждет меня по ту сторону. Страх переступить грань, на которой происходит слияние обыденного с невообразимым, перевешивал желание познать истину. В некоторых обстоятельствах благое неведение оказывается куда более привлекательным, нежели горькая правда и сладкая ложь, вместе взятые.