Засохшее сердце

И сидели мы не очень удобно, все интимные, средней интимности и вообще не интимные уголки были заняты. Нас разместили у двери. Ирка радостно добавила – хорошо, что вообще есть места. В Москве всюду люди. Много людей. Они текут рекой, вливают тебя в метро, топчутся в каждом магазине, сидят на каждой лавочке – бескрайние потоки людей с лицами без эмоций. Каждый находится где-то глубоко внутри своего тела, а где именно, мне снаружи не видно. На мой взгляд – это существенный минус мегаполиса – масса людей.

Ирка уже привыкла.

Она говорила о преимуществах жизни здесь, недостатки ее не волновали. Она истоптала здесь две пары меховых сапожек. В метро меховых сапожек не носили. Она одела какие-то натоптыши. Сейчас она разглядывала меню и рассказывала о дальнейших планах:

– Здесь денег заработать можно. Где я заработаю в Тольятти? Мои языки не нужны никому.

Она знала английский, французский, учила итальянский и греческий, и все эти знания действительно не были востребованы в нашем периферийном городке. Не поспоришь.

– Я чувствую, что могу выйти здесь замуж. Здесь мужчины есть.

Я удивилась:

– А что мешает выйти замуж в Тольятти?

– Здесь их больше.

В общем-то, восемнадцать миллионов человек действительно больше восьмисот тысяч, подумала я. И об Олежке подумала. Мне было комфортно в Москве с Иркой, но захотелось, чтобы он оказался рядом, и можно было обнять его. Прижаться. Меня не волновали восемнадцать миллионов москвичей больше. Ирина прервала мысль:

– И они богаче здесь. Работая в турагентстве, мы продавали проведение свадьбы на Сейшелах.

А еще можно пожениться на Бали или в свадебное путешествие снять абсолютно пустой остров. Расшить платье бриллиантами. И после этого я должна выходить замуж за бедного? Чтобы у меня никогда не было ничего этого? Я не хочу быть бедной, не хочу! Я стала мыслить вслух:

– Олежка бедный. Он не абсолютно бедный, но бедный. Мы не снимем пустой остров с ним никогда. А мне все равно. Совершенно все равно, представляешь?– смотрела я на нее.

– Нет, не представляю, – протянула она, потягивая глинтвейн. – твой муж тоже был бедный, тебе надоело ведь.

– Я не любила мужа.

– А Олега что ли любишь?– приподняла брови Ирина.

Я честно ответила:

– Влюблена. Надеюсь, не опасно.

Она улыбнулась:

– Когда закончится, приезжай жить в Москву. Будем жить рядом. Очень плохо без тебя мне.

Я обняла ее:

– Если бы мне было хорошо без тебя, я не поехала бы в Москву. Только к тебе.

Мы поехали домой.