Бег на месте

– Да я даже не помню, куда его сунул, – отвечаю я, ковыряясь вилкой в куске пирога. – К тому же вряд ли он что-нибудь выиграл.

Адам явно вошел в азарт:

– Не ленись! Тащи сюда билет!

– Все это от дьявола, – поджав губы, выдает его брат – священник Марек, – а вы все его слуги.

Тетя Тереза, закатив глаза, чуть ли не стонет:

– Только не начинай…

– И правда, Ян, найди билет, – мать укоризненно смотрит на меня, словно говоря: «Давай повеселим наших очаровательных гостей, и, когда все поймут, что твой билет ничего не выиграл, это будет для всех настоящим подарком и поводом для новых шуточек».

Бросив вилку на стол, я поднимаюсь. Катарина, ухмыляясь, наливает себе из графина водки и, подмигнув мне, обращается к отцу:

– Папа, запиши выигрышные числа.

– Обязательно! – обещает Адам.

– Сделайте потише! – стараясь перекричать громкий звук телевизора, морщится Барбара. – Здесь нет глухих!

«Поиски» билета занимают минут тридцать, хотя на самом деле я прекрасно знаю, где он лежит.

Еще вчера я положил его на стол. Не скрою, мне очень хочется, чтобы он выиграл.

Понимая, что пора возвращаться к гостям, я спускаюсь вниз. На столе уже поменяли посуду, и теперь мясной пирог, окруженный маленькими хрустальными вазочками с шоколадными конфетами, стоит посередине стола. Шумит, закипая, расписной электрический самовар – чей-то подарок Барбаре из России.

Я бросаю билет на стол и сажусь на свое место. Как раз начинаются новости. О том, что кто-то сорвал джекпот, объявляют сразу.

Адам быстро записывает цифры выигрыша на куске газеты и, убрав звук телевизора, начинает выкрикивать выпавшие номера. Барбара, схватив билет, проверяет цифры, стараясь всячески подражать ему и считая, что это станет замечательной кульминацией вечера.

– Семь! – громко выкрикивает Адам.

– Есть такая цифра! – так же громко отвечает ему мама.

– Сорок!

– И такая есть!

– Семнадцать!

– И у нас семнадцать!

– Тридцать два!

– Есть тридцать два!

– Три!

– Да!

– Двадцать два!

У моей матери белеет лицо.

– Двадцать два! – еще раз повторяет Адам.

– Двадцать два, – тихо, почти шепотом, говорит мама и, прижав билет к груди, смотрит на меня. – Сыночек, кажется, ты выиграл больше четырехсот миллионов…

В комнате повисает гробовая тишина.

– Ян, – зовет меня мама, – ты меня слышишь?

– Слышу, – спокойно отвечаю я, продолжая доедать свой кусок пирога.

– И это все? – мама в недоумении моргает несколько раз.