Лето. Море. Смерть

И они решили съехаться, чтобы проводить вместе больше времени. Рома снимал на двоих квартиру с приятелем. Марина жила в собственной однушке, в доме старой застройки с высокими потолками и огромными подоконниками. Поэтому вопроса кто к кому переедет, не возникло и уже почти год пара счастливо жила вместе.

– А помнишь, как мы сидели перед выпускным вот так же и ныли друг другу, что жизнь дерьмо? – Марина рассмеялась, поправив на груди резинку шелкового комбинезона.

– Мне кажется тогда было многовато вина, – ответила Дина.

– Нет. Многовато драмы в голове! – заявила Марина, подняв вверх указательный палец. – Знаешь, я однажды просто перестала себя накручивать. И как-то появилась радость в жизни. Вот правда! Смотри – Ромка не богач, но симпатичный, веселый, добрый, не дурак и я даже знаю, кому из наших офисных змей хотелось бы, чтобы мы не были вместе! И знаю, кто хотел бы быть на моем месте!

Марина гордо вздернула нос и взяла с тарелки дольку желтого персика.

– Я могла бы загоняться и паниковать, что моя фигура недостаточно стройная.

Марина протянула вперед руку и пошевелила перед Дининым лицом пальцами.

– Смотри! – выгнула средний палец демонстрируя кольцо – ободок из матового золота в мелких редко разбросанных белых камешках.

– Красиво, – кивнула Дина.

– Вот! Мне Ромка на днях подарил, – Марина улыбнулась. – Ну, как подарил – я нашла и ему пришлось подарить. Хотел мне подарок сделать на нашу годовщину, но… Ну вот стоит загоняться, а? Слушать этих дур в офисе? Болтают, что он со мной из-за квартиры! Ну!

– Наверное нет, – согласилась Дина, щуря глаза на оранжевое солнце сползающее за крыши одноэтажных домиков на другой стороне дороги. Она чувствовала что-то вроде зависти – у подруги и личная жизнь, и карьера складывались, а у неё, Дины, по всем фронтам "зеро".

– Жаль, у вас с Даном не вышло, – Марина запила персик игристым. – Вы, я думала, дольше будете вместе. Так он на тебя всегда смотрел!

– Я не хочу о нем, ладно? – Дина тоже взяла персик. – Перевернутая страница.

Она обманывала. Потому что встреча с Даном открыла неприятную правду – чувства остались. И, кажется, были также сильны.