Помощница для чародея

 – Скажи, – минуту спустя всё же решила она прояснить, – а зачем ты эту девицу сюда притащил?

– Ну не бросать же её было на улице? Всё-таки моя лошадь её сильно ударила, вот я и принёс, чтобы выяснить, насколько она серьёзно пострадала.

– Надеюсь, она тут долго не пробудет, – капризно надула губки, и мне сразу захотелось их поцеловать.

И только я потянулся, чтобы это сделать, как дверь распахнулась, и на пороге появился Жак. Вот же паршивец. Знает же, что я тут не один, и всё равно без стука как к себе домой заваливается.

– Что ты себе позволяешь? – воскликнула Леона, поправляя платье. – Немедленно пошёл вон!

– Господин, – Жак едва заметно усмехнулся. Мне вообще доставляет удовольствие наблюдать, как эти двое измываются друг над другом, у них с первого взгляда взаимная нелюбовь, вот только чем она вызвана – понять не могу. И сейчас Жак ворвался в комнату, чтобы досадить именно Леоне, а не мне, потому как своим игнорированием он ещё сильнее распалял её негодование.

– Твою ж мать! – выругался я и, поднявшись, достал из шкафа одежду. Быстро напялив её на себя, обернулся: – Прости, милая, но, похоже, наши планы немного меняются, – и быстро покинул комнату.

Глава 3

О-о-ох, что ж голова-то так болит? Меня что, вчера на днюхе напоили, а предупредить забыли? Какого чёрта?

Распахнув глаза, удивлённо уставилась на потолок.

– Где я? – хотела спросить, но получилось самое настоящее воронье карканье.

– Хвала Всевышнему, – раздалось от двери, и в комнату вошёл мужчина. – Вы очнулись!

Прочистила горло, чтобы спросить ещё раз, но он сунул мне под нос стакан с водой, и я благодарно приняла его. Выпив всё до последней капли, вернула стакан и уставилась на мужчину. Почему-то страха перед ним у меня не было.

– Вы кто? – спросила негромко. – И что со мной произошло?

– Меня зовут Жак, я дворецкий в доме господина Стивена Гетенберга. Вас сбила лошадь, и господин принёс вас домой. Скоро прибудет лекарь, он осмотрит вас на наличие травм и повреждений.

– А кто меня раздевал? – спохватилась, только сейчас осознавая, что на мне, кроме нижнего белья, ничего нет.

– Прошу вас простить мою дерзость, – опустил взгляд Жак.