Лишь тени

 – А ну замолчали все! – В считанные секунды в клубе установилась тишина, стал слышен лишь треск огромных поленьев в камине. Аман остался стоять за стойкой, как за трибуной. – Как все уже знают, Тамис нас покинула. Я немного пошевелил врача, он подтвердил остановку сердца. При вскрытии обнаружен прокол при полной целостности верхних кожных покровов, костей и окружающей мышечной ткани, – тяжелый взгляд мастера остановился на Теуше. – Его будто вынули, разрезали и поместили обратно. Как провернули только трюк, непонятно.

Эксперт в неслабом ступоре, я, честно говоря, тоже. Теуш, что у тебя?

Осторожные отдельные переговоры не нарушили основное молчание. Гурманы хмурились, Зоя приблизилась к Фрею, обычно разговорчивому и дружелюбному. Но сейчас он не хотел говорить.

– Я понимаю, – только и сказал гурман, когда почувствовал на своем плече руку. – Это могло случиться с каждым. Вы ни при чем, Тамис… – Он запнулся, прочистил горло. Данте что-то прошипел себе под нос, отворачиваясь.

 – Она всегда была себе на уме…

Тамис была законченной эгоисткой, но она была одной из них, и только этим заслуживала заботу. Зоя не могла простить себе, что они с Теушем просто подергали ручку сауны и ушли восвояси, оставив ее там. Если были б настойчивей, возможно, ночь бы закончилась иначе. Пока пыталась сдержаться и не начать оправдываться, Аман снова прикрикнул, привлекая внимание.

– Теуш прошел сегодня чертову кучу процедур, на которых его сердце рассмотрели со всех сторон, заглянули в каждый клапан, вену, желудочек и еще во все те шутки, из чего оно там состоит.

И обнаружился шрам. Размера такого же, как и у Тамис. – Сделал паузу. Эмпатам не понадобилось много времени, чтобы связать вместе два случая. Даже убийцы повернули головы в сторону бара и выбрались из глубоких спинок своих кресел, чтобы лучше видеть мастера. Аману пришлось прорываться сквозь нарастающий шум. – На минуту можете все рты позакрывать??

Теуш вернулся к дивану, и Зоя протянула руку, прося показать ей бумагу из больницы.

Все косилась на пятерых у камина, но выражение их лиц было скрыто.

– Если мы начнем подозревать своих, – тихо проговорил Сайген, заметив ее опасение, – то Альянса, считай, больше нет.

Он был прав. Зоя перевела взгляд на Амана, выглядевшего сильно раздраженным: ему и слово не давали вставить. В результате он забрался на свою драгоценную стойку, пачкая ее уличной грязью с ботинок.