Лишь тени

Нет у меня проблем ни с чем. И не было.

Но тянущая боль по центру груди, немного уже отпустившая, убеждала в обратном. Он осторожно перевернулся на спину, недоумевая, почему ни один врач до сих пор не находил никаких отклонений. Зоя погладила его руку. Аман все еще ждал объяснений, и ей пришлось сделать это. Рассказать о незнакомце, что поделился с ней своей кровью, потому что видела его лишь она одна. Теуш только вставил слова о тени, что ему показалась. И то он не был уверен в себе, допускал, что это была игра воображения.

Сайген и Данте, слишком напряженные, обвели глазами пять кресел у камина.

– Точно не наш?

– Он сказал, не из клуба, – подтвердила Зоя.

– Сел на мотоцикл? – уточнил Аман.

– Здоровый такой, черный, без надписей и прочих штук.

– Переливание крови. Напрямую… – Сайген прошелся по своим светлым коротким волосам. Его живые темные глаза отразили сомнение, смешанное с плохо скрытым гневом на безрассудную выходку незнакомца. Возмущенно растянул слова: – Вот он ненормальный…

Аман велел принести Теушу чай.

– Ну здорово, – пробормотала она. День будет потрачен на анализы, УЗИ и прочую прелесть. Мастер встал, когда убедился, что Теуш не замышляет умереть на диване сию минуту. Некоторое время напряженно смотрел на него, на Зою, потом принялся расхаживать по залу. Остановился у камина, осмотрел пустующие кресла.

– Исчез?

– Разогнался и пропал. Только его мотоцикл ревел на дороге, как вдруг все стихло, – Зоя начала сомневаться, на самом ли деле все было так, как отложилось в ее памяти.

Мастер подпер спиной высокую спинку центрального кресла. Тяжелое, оно даже с места не сдвинулось под немалым весом Амана. Пламя окрасило его волосы в бронзу. Он скрестил на груди свои мощные руки, украшенные черными узорами татуировок, уходящих под закатанные до локтей рукава.

– С одним из доноров произошел инцидент.

– Так, – негромко подтвердил Теуш. Он успел уже сесть, принял из рук Сайгена чашку чая, обхватил пальцами горячий фарфор. – Я не палач и не убийца, ничего похожего проделывать не стал бы, нет смысла, нет потребности. Я никому не смогу это передать.

– Знаю. Затем у тебя случается приступ.