Видящая

Жаль, что не было возможности увидеть цвет волос. Но мама всегда говорила, что они как солнышко.

Я заставила себя подавить улыбку, услышав новый стук. Уже настойчивее и громче. На ходу надевая перчатки, дошла до дверей. Открывать не боялась. Нападать на видящего – верх идиотизма.

– Здравствуйте, эста Рин.

Голос полицейского курьера я узнала сразу. Он изо всех сил старался быть вежливым, но едва заметные вибрации в голосе выдавали страх и недовольство одновременно.

– Доброе утро, Айрис, – я специально обратилась к нему по фамилии и без звания, тут же ощутив его плохо скрытое возмущение и злость, которые окутали меня колючим облаком.

 – Чем обязана?

– Следователь Оллир просит вас прибыть на место преступления, – сухо ответил курьер.

Просит! Я чуть не рассмеялась. Можно подумать, у меня был выбор: отказать или согласиться.

– Подождите, я оденусь, – сообщила Айрису и закрыла дверь перед его носом. Пусть постоит на холодном ветру и померзнет. Все-таки уроки в спецшколе не прошли даром – мы ненавидели других так же, как они ненавидели нас.

И при малейшем удобном случае старались показать им свое превосходство. Вот и сейчас я не спеша приняла душ, не торопясь высушила волосы, надела белье, чулки и черное, наглухо закрытое платье – униформу видящих. Ноги легко нырнули в такие же черные сапоги на сплошной подошве. Носить каблуки запрещалось. Да и не очень удобно, если учесть специфику работы. За столько лет практики даже вслепую с легкостью соорудила на голове тугую шишку и, прихватив перчатки, прошла на кухню. Работать без завтрака не собиралась.

Не спеша наслаждаясь лаффе – напитком из обжаренных корней вечно зеленного одноименного растения, я смаковала хрустящее печенье и живо представляла, как зубами скрипит сейчас за дверью Айрис. Подгонять меня он не имел права. А я пока своих полномочий не превышала. Не отказалась же поехать на место преступления? Нет. Значит, все в рамках регламента. А то, что собираюсь долго, так извините, слепота к скорости не располагает.

Наконец, устав издеваться над курьером, я надела пальто, небольшую шляпку с вуалью и вышла в стылое весеннее утро. Айрис топтался у низкого крыльца. Его раздражение уже давно переросло в злость.

– Я готова, – сообщила я, протягивая ему руку. Конечно, дойти до калитки могла и сама, но он обязан был меня сопровождать и направлять.

Айрис не сразу пристроил мою ладонь на свой локоть.