Научи меня верить в любовь

 – Да что с тобой?

Разворачиваюсь за ее взглядом.

– Твою мать! – вздрагиваю от неожиданности, столкнувшись с широко распахнутой парой глаз. – Ты кто?

– Алиса, – заикается девчонка. На вид ей лет шестнадцать.

– Алиса? – не понимаю я и тут же доходит. – Алиса!

Резко отворачиваюсь, пытаясь запихать член обратно в штаны. Сложно. У Макеевой уже глаза на лбу.

– Марк, кто это? – поспешно одергивает она платье.

– Что ты тут делаешь? – снова разворачиваюсь к своей головной боли.

– Я… Жду тебя… Вас, – растеряна и напугана.

– Почему здесь? – рявкают так, что она вздрагивает. – Почему не в комнате?

– У меня… Я не знаю, где моя комната.

– Здесь четыре спальни, – раскидываю я руки в стороны. Раздражает. Нет, бесит! – Выбирай любую.

Ее глаза начинаю наполняться слезами. Губы дрожат. Только этого мне сейчас не хватало.

– Идем, – приказываю ей, стремительно уходя в сторону комнат. – Давай.

Привожу ее в самую дальнюю спальню.

– Пользуйся. Твоя.

Мне плевать, как это выглядит. Мне плевать, что она сейчас думает обо мне. Мне плевать, что я веду себя грубо с сиротой. Мне ПЛЕВАТЬ! Она испортила мои планы. И жалеть я ее не собираюсь.

– Марк, что это за девушка? – шепчет ошарашенная Юля.

– Это… Моя… – не могу произнести.

– Только не говори, что это твоя дочь, – распахивает она в ужасе глаза.

– Тяпун тебе на язык, Макеева.

– Тогда кто?

– Просто знакомая.

– Знакомая? – недоверчиво переспрашивает.

– Знакомые попросили приютить на время.

Почему я вру?

– Ты поражаешь меня, Климов. Выходит, ты не такая уж и сволочь? А что с ее родителями?

– Уехали. Иди сюда, – хватит разговоров.

– Марк, мы, что, будем делать это при ней? – кивает Юля мне за спину.

– Ну, вообще-то ее я не приглашал. Идем. У меня уже все болит.

Сгребаю ее в охапку и увожу в спальню. Никаких больше форс-мажоров. Где мой секс? Она еще пытается сопротивляться, что-то говорит мне про эту девчонку. Толкаю ее на кровать и закидываю ноги себе на плечи.

– Заткнись, Макеева, – расстегиваю ширинку. – Иначе я найду, чем занять твой рот.

– Клиииимоооов, – тянет Юля довольно, – да ты пошляк.

– И сволочь, – добавляю я, входя в нее.

– Охуенная, – шепчет она на выдохе, закрывая от удовольствия глаза.

Готов доказывать это бесконечно.

Просыпаюсь, когда за окном уже рассвело. Со мной такое бывает редко, но этот раз простителен. Ночь была насыщенной и бессонной.