Бесконечно. До звезд. Навсегда

Он весь замирает под моими руками и даже перестает дышать.

– Что ты делаешь? – Стас даже не пытается скрыть свой шок. На меня будто ведро ледяной воды выливают. Отшатываюсь от него в ужасе и запахиваю халат. – Даша.

Не могу ничего сказать. Язык немеет и прилипает к нёбу. Мы стоим и смотрим друг на друга, а мне хочется сквозь землю провалиться, раствориться, исчезнуть, лишь бы не видеть взгляд Стаса.

– Прости, – с трудом разлепляю онемевшие губы и чуть не плачу. Он молчит. Только между бровей пролегла глубокая складка.

Не могу выносить осуждение в его глазах, поэтому разворачиваюсь и бегу к себе в комнату. И только там даю волю слезам.

Стас не спешит за мной. И, кажется, что это еще хуже. Уверена, завтра утром он выставит меня из дома и больше не захочет видеть. Чувствую себя жалкой и никчемной. До самого утра, завернувшись в одеяло как в кокон, смотрю в темноту комнаты. Слез уже нет. Есть только стыд и ужас перед наступающий утром. Я должна уехать до того, как проснется Стас, потому что видеть его будет невыносимо.

Но, видимо, планирование – это не мое. Едва я спускаюсь на рассвете на первый этаж, как тут же сталкиваюсь со Стасом. Он замечает сумки в моих руках и спокойно спрашивает:

– Уже уезжаешь?

– Да, – отвожу взгляд. – Я лучше поеду домой.

– Даже не позавтракаешь?

– Не хочу. Меня такси ждет.

– Даш…

– Стас, не надо, – обрываю его. Не вынесу его жалости. – Я все понимаю. Я поступила глупо. Прости. Мне не стоило…

– Я не злюсь на тебя.

Удивленно вскидываю на него голову.

– Но я не тот, кто тебе нужен.

Сильнее стискиваю ручку сумки.

– Почему? – спрашиваю решительно, запрещая себе плакать. Не сейчас.

– Я в отцы тебе гожусь, – хмыкает он.

– Причем тут возраст? – злюсь я.

– При том, что у нас разница в девятнадцать лет. Это целая жизнь, Даша.

– Причем тут разница в возрасте? Я люблю тебя. Для меня не имеет значения эта разница, – выкрикиваю в отчаянии.

– Для меня имеет, – припечатывает Стас. – Я люблю тебя, Даша. Но ты всегда останешься для меня дочерью, которую я потерял.

А ты еще встретишь достойного мужчину.

Не могу это слышать. Больно. Очень больно. Несусь к дверям. Он еще что-то говорит, а я хочу только одного – поскорее уехать.

– Даша! – слышу крик в спину и бегу. Слезы срываются из-под ресниц. Я падаю на заднее сиденье такси и захлопываю дверь. А когда машина трогается с места, прикусываю ладонь, чтобы не завыть в голос.

– Даша? – удивляется Алиса, когда я прохожу в гостиную.