Избранница Мастера рун

– И чем же этот цвет так хорош? – вмешался в мои воспоминания Мастер.

– Он очень редкий, – заверила я.

И тут же припомнила встреченного здесь резо-глоша. У того глаза были очень похожего цвета…

– Может быть, в вашем мире редкий, – капризно отозвался Рэйкиар, подтверждая мои сомнения, – а у нас подобным не удивить. У моего друга, к слову, такой же. Не-ет, не то.

«У него ещё и друг есть», – подумала я, стрельнув недоверчивым взглядом.

Не дождавшись моего ответа, Мастер рун заскучал, отвернулся и помахал кистью правой руки, явно подбадривая меня на дальнейшие предложения.

– Несколько лет жизни, – выдохнула я последнее, что пришло на ум.

– Каких ещё лет? – озадачился Рэйкиар. – У вас, насколько я вижу, в запасе лишь пара часов. Потом казнь за запрещённый магический выброс.

– Вы знаете будущее? – поражённо выпалила я.

Мастер посмотрел осуждающе, а потом пожал плечами.

– Поговаривают, есть у меня кое-какие способности, но сейчас речь не обо мне. Так ведь, Вла-ада? Что ещё? Может, ваш отец что-нибудь сулил мне?

– Нет! – Я сжала кулаки.

– Бережёте папины нервы? Или не хотите вернуться домой здоровенькой, но бедной, как церковная мышь? – уточнил Рэйкиар, лениво откинувшись на спинку кресла. – Тогда вас перестанут звать кианой. Останется лишь имя, необычный для вашей местности цвет глаз и так себе голос.

– Вы… – Я шагнула к нему, чувствуя дрожь во всём теле. В следующий миг в полу образовалась узкая длинная трещина.

Рэйкиар кивнул, заинтересованно посмотрел на пар, затем окинул меня взглядом с головы до ног и постановил:

– Да. И сильное. Смертельное, я бы сказал.

Я не знала, что ещё сказать, и потому молчала, боясь новой неконтролируемой вспышки силы и давая право ему решать мою судьбу.

Не спешил заговаривать вновь и Рэйкиар. Однако несколько минут спустя он легко поднялся с кресла и, сделав пару шагов, остановился передо мной, глядя сверху вниз.

– Я решил, чего хочу, – сообщил Рэйкиар спокойным деловым тоном. – Запечатаю проклятье на один год. А потом, когда выполните моё условие, сниму его совсем.

– Это волшебно! – обрадовалась я.

– Да, многие зовут меня чудотворцем, – покладисто согласился он. – А потом – алчной сволочью.