Жемчужина его жизни

Погода стояла по-настоящему летняя, и от того праздник воспринимался ярче. Фарида чувствовала себя воздушным шариком, наполненным ожиданием прекрасных перемен. Выпустишь немного воздуха – и шарик запляшет по дороге из стороны в сторону.

Солнце слепило глаза, играло фиолетовыми отблесками на ресницах, и Фарида, обрадовавшаяся свету, опустила глаза и тут же столкнулась с очень откровенным, прямым и весёлым взглядом молодого человека.

Фарида не смутилась и тоже принялась его разглядывать. Юноша обладал привычной славянской красотой: высок, строен, глаза его были живыми и весёлыми, а в их глубине отражалось её настроение.

Он поймал её улыбку и перебежал дорогу в неположенном месте. Водители принялись сигналить неразумному пешеходу, но он только досадливо отмахнулся от них, чем вызвал улыбку Фариды.

– Привет красавица, – его голос лучился оптимизмом.

– Привет, – тихо ответила Фарида.

– Ты не на парад случайно идёшь?

– На парад. А как ты?..

Спросила и осеклась: в руке она держала две красные гвоздики, ярким пятном выделяющиеся на нарядной белоснежной юбке.

Он засмеялся, не отрывая взгляда от девушки, и она смущенно улыбнулась. Он в ответ проворковал:

– Как тебя зовут, красавица?

– Фэридэ, – едва слышно пролепетала девушка.

– Фарида, значит? Красиво.

– Переводится как «жемчужина»…

– Надо же! А я Антон.

– Очень приятно, – воспитанно прошелестела она.

А он совершенно невоспитанно сразу взял ее под руку и повел вслед за людским потоком к проспекту, где проходил парад Победы.

Фарида сначала вырвала свою руку, решив сохранить дистанцию, но у ее нового знакомого были совершенно другие планы.

Хотя если бы они двигались поодаль друг от друга, как того требовали приличия, то сразу бы потерялись.

Как только новые знакомые подошли к главному проспекту, сразу попали в толчею и давку. Фарида, даром, что на каблучках, из-за голов не видела не только шеренги из людей и военной техники, но и флагштоки.

Антон, на голову выше девушки, посмеялся было над ее попытками встать на цыпочки, но тут же принял серьезный вид, глядя на озадаченную его шутками физиономию.

– Давай встанем на подставку для фонаря! – боясь оказаться не услышанным в людском море, нагнулся он прямо к ее уху.

Фарида только кивнула и опустила голову, чтобы скрыть румянец на щеках.