Замуж за варвара, или Монашка на выданье

Мы не продаем своих женщин. И не обмениваем их на обещания чужаков.

Я не знала, что ответить. Просто стояла очень близко к супругу и с ужасом смотрела на четко очерченные обветренные губы, ожидая их неминуемого приближения и насильного поцелуя.

– Что теперь? – недовольно спросил Хакарк. – Тебя что, били, женщина?

– Нет, – шокированно ответила я, совершенно не понимая, из чего северянин сделал такие выводы.

– Ты вечно трясешься, как волчонок, отбившийся от стаи, – пояснил супруг. – И худая совсем.

Решив, что он издевается, я сложила руки на груди и нахмурилась. Однако, приглядевшись к лицу мужа, поняла: говорил он на полном серьезе.

– Меня не мучили! Не били, не издевались. Что за глупости?!

– Ясно.

И так он произнес это единственное слово, что стало очевидно: уверился в своей правоте окончательно.

Я открыла рот, чтобы высказать свое отношение к подобным выдумкам, но тут дверь снова отворилась.

– Господин, – в гостиную без стука вбежал Тирэн, – я все принес.

Хакарк одобрительно ухмыльнулся.

– Хорошо. Иди. Ждите.

Юноша моментально скрылся за дверями, оставив на полу стопку мужской одежды.

– Одевайся, женщина, – велел супруг.

– Почему бы вам не обращаться ко мне по имени? – раздраженно спросила я.

– Снова! – Качнув головой, Хакарк подтолкнул меня к вещам. – Не спорь! Одевайся.

Закатив глаза, он шумно выдохнул и направился к двери, приговаривая:

– Яровир, надели меня силой духа и терпением! Надо было брать в жены нашу женщину… Шельмовы Старцы и шардигар с их законами!

«Этот варвар еще и сокрушается! – подумала я, чувствуя сильнейшее негодование.

Вспомнив, как именно Хакарк совсем недавно меня «растлевал», закрыла горящее лицо руками и порывисто отвернулась, стараясь вернуть самообладание.

– Не будешь одеваться? – тут же спросил супруг.

Оказывается, вопреки моим ожиданиям, он не покинул комнату. Замерев у выхода, Хакарк хмуро смотрел на меня звериными глазами, словно намекая, что задерживаться не стоит.

– Сейчас, – прошипела я, ощущая, как чувства вновь выходят из-под контроля. – Позовите мою горничную, будьте любезны.

– Зачем? – удивился этот неотесанный мужлан.

– Чтобы помогла мне переодеться. Это же очевидно, – словно неразумному ребенку, пояснила я.