Ядовитая невеста

Конечно, ей не стоило усыплять его, а потом ещё и связывать… Но именно тогда это казалось равноценной платой за унижения. А теперь… Теперь ей оставалось лишь ждать, чем обернётся их совместный сон в гостинице.

– Ты просто использовала меня, – заговорил тем временем Каспиан. – Погрелась и хочешь выкинуть из своей жизни, будто ничего не случилось. Но, даже при том, что больше никто не узнает об этой нашей ночи, я не смогу забыть произошедшего.

“Никто не узнает”, – повторила она про себя единственно важное. И тут же выдохнула с облегчением.

Какие бы гадости она ни слышала про Уоллеса – все они касались лишь его любви к разгульной жизни и девицам. В подлости он замешан, кажется, не был…

– Слышишь, Эй? – позвал её жених.

– Каспиан, ты ведь единственный сын графа, – немного успокоившись и потянувшись за чулками, сказала Эйви. – Так почему твоё воспитание настолько отвратительно? Разве можно обращаться к девушке „эй”?!

– Само собой, нельзя, – ответил он слишком самодовольным для раскаявшегося человека тоном.

 – Но в данном случае я просто ласково сокращаю имя своей ненаглядной невесты. Эй. Разве не мило? Тем более что “недорогая”, “мышка” и “звёздочка” ты уже отвергла. Не понимаю, чем тебе не нравятся такие прозвища.

– Тем, что у меня есть имя, – ответила Эйвери, – и я не приемлю все эти отвратительные клички. Это унизительно.

– А если я буду звать тебя моя злючка? – не унимался Каспиан. – В этом прозвище кроется характер, но при этом звучит оно ласково… Эй, это ты там рычишь?

– Ты раздражаешь меня, – сообщила ему Эйвери.

– Это потому, что я один работаю над отношениями в нашей паре, – с горестными нотками сказал Каспиан. Послышался скрип кровати. – Тебе пора включаться, Ай. И, предвосхищая глупые обиды, объясняю, что на этот раз сократил твою фамилию. Можешь тоже как-нибудь ласково меня назвать.

– Дурак, – буркнула она, надевая платье.

– Сразу видно, что ты не привыкла быть милой, – посетовал Каспиан. – Правильно не дурак, а дурашка. Чувствуешь разницу?

Эйвери, как раз застегнувшая почти все пуговки, вышла из своего укрытия и наткнулась взглядом на Каспиана.

Он так и стоял: слегка взъерошенный, сонный, в одних брюках. Просто котяра, которого хотелось почесать за ушком и… выгнать жить на улицу!

– Я. Тебя. Отравлю, – честно предупредила Эйви.

– Да, семейная жизнь многим отравляет жизнь, Эй, – вздохнул Каспиан, – но уверен, мне подобное не грозит. Теперь я буду бдителен.

Жених чуть качнулся в её сторону.