Последняя Академия Элизабет Чарльстон

– А ну положи моего Лапушку! – неожиданно раздался голос от двери. Такой громкий, что я едва до потолка не подскочила.

Обернувшись, увидела девицу, возможно, чуть младше себя, зато сразу видно – с характером. Про таких говорили “новое поколение”, потому что на старые устои они плевать хотели с высокой колокольни.

Девушка была высокой, красивой, с рыжими вьющимися волосами, распущенными по плечам, с огромными зелеными глазами и маленьким, чуть приподнятым кверху носиком. Вместо приличных платьев она предпочитала мужскую рубашку, заправленную в облегающие кожаные штаны, а те – в высокие ботфорты.

Увидь меня лет пять назад в таком одеянии ныне покойная матушка, получила бы сердечный приступ.

– Лапушку, я сказала, положи! – еще раз повторила девица и вошла в комнату.

В этот же момент на ее сапогах обнаружились шпоры, потому что при каждом шаге они издавали характерный звон.

– Это? – уточнила я, показывая тряпичного монстро-мужика в своих руках.

– Его! Да.

Я осторожно положила куклу туда, где взяла.

– Прости, пожалуйста, – поспешила извиниться, понимая свою неправоту в данной ситуации. – Я просто посмотрела.

Девушка подошла к кровати, очень бережно подняла “лапушку”, внимательно его изучила со всех сторон так, будто я что-то могла испортить, и только после этого успокоенно выдохнула.

– А ты, значит, новая соседка? – поинтересовалась она.

– Да, – ответила, все еще надеясь сгладить острые углы в общении. – Элизабет Чарльстон. Второй курс.

Девушка несколько мгновений сверлила меня острым взглядом, а после черты ее лица разгладились.

– Виктория Стоун, – представилась она. – Просто на будущее: не трогай мои вещи.

С этими словами она подхватила лохматые тапочки из-под кровати и двинулась за ширму. Оттуда послышалась возня переодевания, и через пару минут наружу вышла будто другая девушка.

Милая, воздушная, в розовом халатике и в тех самых тапочках.

Цок-цок-цок, – простучали они по полу комнаты, и девчонка приземлилась на кровать рядом с “лапушкой”, подхватывая его на руки и неожиданно нежно поглаживая по ниточным волосам.

Я смотрела на все это с нескрываемым удивлением.

О всяких тараканах приходилось слышать, но чтобы вот таких. В двадцать с хвостиком лет куклу-мужика шить и на своей кровати рядом с собой держать…

– Я нормальная! – проследив за моим взглядом, неожиданно произнесла Виктория.