Отбор с осложнениями

Вы всем покажете, Бригитта!

– Отлично – равнодушно ответил Вейрон. Разумеется, ничего он показывать не собирался, но опыт прохождения допросов у него наверняка больше, чем у любой из невест.

Проводив взглядом рыжую красавицу, умело виляющую бедрами и как бы зовущую идти следом, Вейрон одобрительно усмехнулся под цветохроном.

– Слишком кричащая красота, – прокомментировала его интерес Эмма, оказывается, следившая за подопечной. –  И губы явно накрашены. Это очень пошло.

– Не то слово, – согласился с ней Вейрон, теперь разглядывая низкую, ладно сложенную брюнетку с огромными синими глазами и глубоким декольте, приятным взгляду любого мужчины.

– Видите, какая смуглая кожа?  – вновь встряла Эмма. – Казалось бы, недостаток, но я заметила, что принц смотрел на нее с интересом. Что скажете?

– Хороша.

– Нет же, Бригитта, что скажете про себя? Ваша кожа тоже не очень светлая, насколько я вижу. Мы могли бы сыграть на этом. Только нужно снять…

– Цветохрон будет на мне до самого финала.

– Финала может и не быть, – разозлилась Эмма, – если вы не станете мне помогать.

– Все они одинаковые, – напомнил Вейрон менталистке ее собственные слова. – А я – особенная. Пусть принц полюбит мою душу.

Не удержавшись, он протянул руку и обнял Эмму за талию. Девушка доверчиво придвинулась ближе и и даже поощрительно улыбнулась, сообщая:

– Вот вы и перестаете держать все в себе. Это правильно, Бригитта. Я ваш друг, мне можно доверять.

Вейрон нахмурился, быстро вспомнил информацию о Бригитте Дракхайн:

– Нет. У меня восемь братьев.

Его рука сползла с ее талии. Стало как-то неудобно перед "сестрой".

– Ого, – удивилась менталистка. – Выходит, я угадала насчет вашей плодовитости. Какая отличная наследственность!

Вейрон почувствовал волну раздражения – тема рождения им наследника порядком утомила.

– Я хочу спать, – капризно сказал он.

– Конечно, – Эмма помахала кому-то рукой.

Вейрон проследил взглядом в том направлении и увидел машущую в ответ женщину— менталистку Амалии.

– Надо бы как-то пригласить их к нам, – тихо сказала Эмма. – Поговорить, познакомиться ближе. Мне кажется, леди Стетхейм и вон та, шатенка в зеленом, – наши основные соперницы. Разузнать бы их слабости.

– Вы замышляет интриги, Эмма? – усмехнулся Вейрон.