Алхимия любви

Короткостриженый брюнет в очках, с правильными чертами лица и наглой самодовольной ухмылкой, будто приклеенной к губам. Вольт Краспер не был похож на посредственность. Его телосложение также оказалось вполне привлекательным. И даже серый мешковатый костюм сидел на нем неплохо, но все равно не так идеально, как мог бы сшитый на заказ. Белая рубашка подчеркивала чуть смуглую кожу, а надменно-скучающий взгляд карих глаз вызвал у Сабины недоумение: ей вдруг показалось, будто он ожидал увидеть кого-то посимпатичнее.

Это задело за живое.

И пусть еще минуту назад она хотела показаться жениху дурнушкой, теперь его откровенно разочарованное лицо страшно ее раздражало.

Сабина так разгневалась, что выпятила грудь вперед и встала немного иначе – в более выгодное положение. Чтобы Вольт Краспер уж точно проникся красотой мисс Хьюз. Проникся, а потом проваливал из ее жизни! Только так.

– Значит, мы с вами безнадежно влюблены, – задумчиво проговорил Вольт.

Напоследок пробежавшись взглядом по ее дорогому платью, расшитому розами, он издевательски хмыкнул и повернулся к сирту Хьюзу, окончательно потеряв к невесте интерес.

– И вы считаете, в эту историю кто-то поверит? – спросил Вольт, покачав головой. – Давайте будем откровенны, сирт Хьюз, это полная чушь. Посмотрите на нас. Вы видите нас парой?

– Сомневаюсь, – заметила Сабина холодно, пытаясь вернуть внимание наглеца. – Вы не выглядите мне ровней.

Она добилась своего.

Вольт посмотрел на нее, и… Сабина покраснела. Это был необычный взгляд, в нем читалось презрение и даже некая брезгливость.

Никто не позволял себе так на нее смотреть! Никто не смел!

– Никаких сомнений, – вмешался отец. – Все должно быть прекрасно.

– Но…

– Выбора нет. Ни у кого из здесь присутствующих, – отрезал сирт Хьюз.

– Выбор есть всегда, – упрямо возразил Вольт. Сжав кулаки, он тут же передернул плечами и, сунув руки в карманы брюк, саркастично продолжил: – Я не стану изображать любовь с вашей прекрасной дочерью. Потому как действительно недостоин.

Он показательно вывернул пустые карманы брюк. На подкладке одного из них красовалась огромная дырка.

– Признаю, что недостоин, – напирал Вольт. – Покоряюсь. Исчезаю.

Он слегка поклонился, собираясь покинуть комнату.