Слепая совесть

– Дарсаль… мне тебя сейчас отпустить к императору, или тебе еще что-нибудь нужно сделать в покоях? – спохватываюсь, обнаружив, что Страж ходит за мной.

Решаю не возвращаться к официальному «вы», вспоминая напутствия Тересии. Когда-то же придется начинать сживаться с ролью императрицы.

– Если бы я нужен был императору срочно, он бы это показал.

– Я в тонкостях еще плохо разбираюсь.

– Со временем привыкнете, моя госпожа.

Как-то мне неловко, я на него сердилась, а он по-прежнему спокоен, учтив.

– И ты… постоянно будешь со мной?

– Я буду вашим личным Стражем, моя госпожа.

Другая охрана тоже денно и нощно охраняет императрицу, но забота личного Стража несколько иная. Мне нужно следить за вашей аурой, эмоциями, комфортом.

Какой комфорт, фыркаю. За аурой? Не совсем понимаю, что же он там видит? Кошусь на него, может, спросить? Боязно как-то, а вдруг нельзя. Да и вообще, кто я ему такая. Ну в смысле, императрица, подопечная – но явно не друг для откровенных разговоров.

– Я просто думала, должен же ты… отдыхать там? – хотя бы.

Не говоря уже о своих делах, прогулках, друзьях. Личной жизни.

– Моя комната рядом с вашей, – показывает на небольшую дверь. – И во дворце так же. Иногда, когда я вам не буду нужен, или когда вы будете заняты с императором… возможно, сможете отпускать меня домой.

Хмурюсь, как-то это звучит… неправильно. По-моему, я для него такой же камень на шее, как и он для меня. Ну и работенка.

Дарсаль

Нечто такое проскальзывает в ее эмоциях – жалость, сочувствие.

Но ведь она не может знать, что для меня это единственный шанс добиться чего-то в жизни! В моем возрасте оставаться рядовым Стражем – как-то уже и вовсе зазорно.

– Ну, я переживу, если ты не будешь следить за мной круглосуточно, – смеется. Ты-то переживешь, а мне ни малейшего прокола не простят.

– Если сочтете, что не справляюсь… – заставляю себя добавить, сжимаю зубы. Но нужно сказать, иначе другие потом скажут… Та же Шарасса, к примеру. – Можете приказать, чтобы мне взяли сменщика… или заменили.

Кажется, это предложение ее заинтересовывает. Снова удерживаю рвущийся омаа, если бы я еще умел налаживать отношения. Омаа ведь на ней применять нельзя, а в остальном я и не практиковался особо.

– Ясно, – соглашается, – спасибо. Давай не будем заставлять и… Иллариандра ждать, сходи к нему.

– И еще, моя госпожа. Вы, наверное, не знаете. Вы всегда теперь можете позвать меня мысленно – я на вас настроен. Услышу и сразу же приду.