Мой невозможный жених

Сомневаюсь, что настоящая эсса стала бы намекать на их выход из Объединённого Флота, когда с таким трудом удалось преодолеть распри и связать гармов хоть какими-то рамками. Но решила, что пугнуть для профилактики будет не лишним. Никто не хочет портить отношения с хенлорами.

– Он может сбежать, – предпринял попытку Свон, которую Дирайм тут же пресёк:

– У вас появились официальные обвинения, которые вы готовы мне предъявить?

Главнюк несколько секунд переводил острый взгляд с него на меня, но мой гад, похоже, рассчитал правильно: рассказывать хенлорам о драгах гармы не планировали.

– Скоро состоится разбирательство… – пробормотал Берт.

– До разбирательства верну его вам в целости и сохранности, – откликнулась я.

– И всё же, я перестрахуюсь, – Свон подал знак своим гармам, и двое приблизились к Дирайму, свели сзади его руки, сковав магнитными наручниками – прямо как те, какие надевал на меня Сэмптон Хас.

Возможно, так даже лучше. Форту будет сложнее выкинуть что-нибудь неожиданное. И его крейсер, насколько я помню, не на мысленном управлении.

А коммуникатор Мирра не отдала… Так себе залог, конечно, но без него Форт сможет запустить связь только из рубки или своей каюты.

Дирайм бросил на Свона взгляд, полный презрения и почти ненависти, но тратить время на сопротивление не стал. Скованный под конвоем прошёл к двери, окутав волной знакомого запаха, который чётко уловил мой нынешний хенлорский нос.

Стараясь тщательно копировать походку эссы Лэвель, я двинулась следом, мимо злобно зыркавшего Берта Свона.

Сердце, по-моему, увеличилось, даже невзирая на блокиратор – ему вдруг сделалось тесно в рёбрах, и оно так и норовило выскочить из меня прямо к идущему впереди Дирайму.

Свон взял с собой всю ораву своих подпевал – оставалось только рассчитывать на Соиле. Боги, с какой мордой андрогин на меня смотрел, пока договаривались! Как ощутимо ожидал подвоха! И хёрги его знают, что там себе решил.

План казался всё больше и больше шитым белыми нитками, но то, что Дирайм идёт впереди и гармы нас не задерживают, представлялось хорошим знаком.

Ещё немножко. Несколько поворотов и тяжёлых межотсековых перегородок, которые при всём желании не вышибить своими силами – и вот мы, наконец, в ангаре! Том самом, где всего пару дней – целую вечность! – назад так неожиданно и тяжело расстались.

Дирайм шёл расправив плечи, и время от времени мне казалось, что ни наручники, ни сопровождавшие гармы не удержат, стоит ему лишь взмахнуть руками.