Моя воля

А вот куда пойти, никак не могла решить. Видеть Лунара хотелось почти невыносимо, однако она не представляла, как теперь себя с ним вести. Зато почти присутствовала рядом мысленно: вот он рассёдлывает гнарана, протирает ему спину. Интересно, что решит делать дальше?

Девушка поднялась, размышляя, не мог ли воин заметить сверху её с Фааром. Собеседник бросил взгляд на почти полную чашку чая, но ничего не сказал. Тоже поднялся:

– Я провожу вас.

– Благодарю, – кивнула Сафира, вспоминая: нельзя отказывать только королю, или его брата это тоже касается.

– Наблюдайте за браслетом, – отозвался Фаар.

Сафира кивнула, направилась в сторону своего шатра. Однако за ближайшим поворотом резко остановилась, обнаружив Лунара в окружении мадам Кальян и её подруги, имя которой Сафира никак не могла запомнить.

– … по ночам к королевскому бастарду в шатёр захаживала, а теперь уже и днём не стесняется…

Предводительница ощутила, что если прямо сейчас приблизится, то мадам Кальян не избежать удара загадочной силой, которую Лунар именует током.

– Это вы обо мне, леди?

Дамы вздрогнули, обернулись, поклонились. Сафира поймала себя на том, что сжимает рукоятку меча. Взгляд Лунара показался ей мрачнее обычного.

– Простите, ваша светлость, – пробормотала мадам Кальян.

– Я желаю, чтобы вы сейчас же собрали вещи и поехали проведать вашего дядюшку в Твайр.

Волей-неволей вспомнился предыдущий разговор: не хотела бы Сафира, чтобы таким тоном говорили с ней.

– Но… – начала было мадам, однако Фаар так глянул на неё, что она тут же поклонилась: – Как прикажете, ваша светлость.

Дамы поспешили отойти. Сафира заставила себя разжать пальцы.

– Приятно было с вами пообщаться, леди Альяра, – обернулся Фаар уже к ней.

Лунар задержал хмурый взгляд на фамильном перстне.

– Надеюсь, вы сможете ответить на мои вопросы, – откликнулась Сафира. Попрощалась лёгким поклоном, как учила Китилья.

– А вас, – обратился Фаар к Лунару, заставив предводительницу насторожиться, – я попросил бы освободить шатёр наших дам: пользоваться их гостеприимством, бросая тени на репутацию, благородному лорду не пристало.