Заставь меня развестись

– Так! Что именно ты ей рассказала?

Свекровь и правда очень милая женщина. Жена военного. Она могла быть строгой и требовательной, но в то же время самой доброй и понимающей. А еще она умела разговорить людей. После десяти минут нашего знакомства она уже знала обо мне все. Я сама трещала не замолкая, а когда наконец-то замолчала, то услышала ее слова, обращенные к сыну: «Обидишь ее – я достану отцовский ремень».

За короткий срок нашей с Черновым семейной жизни Регина Борисовна стала мне не просто свекровью, она стала второй мамой.

– Пообещай, что злиться на меня не будешь. Поклянись.

– Игнатова, не тяни. Рассказывай!

– Буду считать, что ты пообещала, – продолжает раздражать меня подруга. – Короче, начали мы с того, что у меня идеальный маникюр и он ей очень понравился, а закончили тем, что ты собираешься идти в суд. Мирусь, я знаю, что это не мое дело и мне нельзя было и рта открывать, но тетя Регина так ловко умеет зубы заговаривать.

Иду винить нельзя. У Регины Борисовны и правда есть такой талант. Кристина жаловалась всегда, что ничего не получается скрыть от матери. Как бы подруга ни пыталась, женщина была в курсе всего, что делала ее единственная дочь.

Факт того, что свекровь теперь знает о моих планах на развод, меня никак не расстроил. Хоть я и не планировала кричать об этом во всеуслышание, все равно ведь понимала, что рано или поздно все вскроется.

– Злишься на меня? – напоминает о себе Ида, пряча глаза. – Хочешь, в наказание я съем твой калорийный батончик? Ты точно улыбнешься, когда на мне юбка треснет.

– Ну, на это я бы с удовольствием посмотрела, – подтруниваю над подругой, и, чего скрывать, мне нравится испуг на ее лице. – Регина Борисовна написала мне сегодня.

– Да что ты? Ого-о! А ты чего? – перебарщивает с удивлением подруга.

– Ты в курсе, да? Она тебе говорила?

– Тетка пыталась телефон отвернуть, но я видела, что она тебе пишет, – сдается Игнатова, уже спокойно доедая свой салат. – И что ты думаешь? Поедешь к ней?

– Скорее всего, – отвечаю я, сама удивляясь своему ответу. – Она всегда была добра ко мне. И она не отвечает за поступки своего сына.

Ида понимающе кивает головой.