Заставь меня развестись

Сразу после свадьбы я переехала к Никите, а в этой квартире сначала был ремонт, а потом сюда переехал и Олег, решив, что жить с родителями в его возрасте уже смешно.

– Это ты мне так намекаешь, что внезапным переездом я буду мешать тебе баб в квартиру водить? – улыбаясь, спрашиваю у него. – Не переживай. Я буду пропадать на работе, а по выходным ходить в кино. Точно не помешаю твоим кобелиным сходкам.

– Я не про это, –  не думая отмахивается Олег. – Не хочу больше видеть твоих слез. Не знаю, как смог сдержаться, чтобы не пойти и не разорвать на части козла.

– Ну, тогда я бы точно ревела. В суде. Слушая твой приговор.

Самое удивительное, что мы с Олегом сблизились после случившегося. Раньше наши отношения сложно было назвать родственными. Он вечно психовал, срывался, стоило только начать с ним разговаривать. Я и не лезла особо, считая, что брату, который старше меня на год, просто не хватало внимания. А сейчас он изменился. Переживает, заботится, психует, злится, конечно, но уже не на меня.

– Значит, ты в порядке?

– В полном, – искренне вру в ответ.

Пока Олег заносит все сумки в мою комнату, я снова вспоминаю Чернова. Все, что находилось в этой квартире, мы выбирали вместе. Никита помогал, подсказывал, приезжал и следил за ходом работы. Я всегда мечтала жить отдельно от родителей, и, когда у меня появились заветные квадратные метры, мне захотелось обустроить их так, как я хотела.

Сейчас мне было здесь неуютно.

Каждая деталь интерьера напоминала о нем.

Когда смотрела на кровать, краснели щеки. Когда глядела на подоконник, они начинали полыхать.

Зацепившись взглядом за пустую стену, неожиданно замираю. Там висела картина, на которой были изображены мы с Никитой, а сейчас ее там нет.

Подарок от свекрови.

Где он?

– Она у Чернова, – доносится до меня голос Олега.

– Зачем?

Я бы ее сняла, конечно, но…

– Мира, я его ненавижу. Всегда ненавидел. Слишком правильный, строит из себя самого умного, а на деле урод, который обманул мою сестру. Не хотел я видеть его рожу каждое утро. Да и тебе не надо на нее смотреть.

Само собой, брат имеет право злиться. Только сейчас он еще немного и обманывал. Олег восхищался Черновым. Он его боготворил.