Секундомер смерти

В природе выживает сильнейший, причем, совершенно не очевидно какая сила берет верх – умственная или физическая. Боря поплотнее закрыл дверь и вышел на балкон, чтобы не слышать звуков, доносящихся из комнаты Зигмунда Генриховича. Они действовали на его еще не окрепшие нервы…

Внезапно сзади на Борино плечо легла чья-то рука. Сердце слабо вздрогнуло и упало куда-то в пятки. Боря привычно втянул голову в плечи и осторожно оглянулся. Позади него стоял ухмыляющийся Игорек. Он покровительственно похлопал по плечу наводчика и пригласил:

– Иди сюда, мямля.

Боря осторожно, как незваный гость, бочком втиснулся в свою собственную комнату. Там, среди разбросанных книг, вальяжно развалились герои – налетчика. Ленчик недовольно зыркнул в Борину сторону и спросил:

– Ты что, козел, не мог узнать, когда старого хрена дома не будет?

– Но… но… ведь его и не было… – жалобно захныкал Боря. – Я ведь не знал, что он вернется…

– Ладно, на первый раз прощаем, – снизошел до него Генка.

 – Но наказан будешь.

Под тяжелыми взглядами подельников Боря сжался в совсем маленькую горошину и стал мечтать о том, чтобы закатиться куда-нибудь под шкаф, но не получилось. Генкин голос вывел его из мечтательного состояния:

– Вот смотри, всю эту дрянь тебе оставляем. Пристраивай сам, куда хочешь и как знаешь. Но с тебя ровно через неделю тыща. Не отдашь – сильно пожалеешь, как твой приятель там, за стенкой.

Боря в ужасе открыл рот и хотел пискнуть что-то протестующее, но ничего не получилось.

Голос куда-то провалился вместе с сердцем. Поэтому ему оставалось, только молча проводить глазами удаляющуюся троицу и тихо прикрыть за ними дверь. Когда во входной двери щелкнул замок, Боря почувствовал, что внезапно ослабевшие ноги его не держат и сполз по стене на пол.

Посидев так какое-то неопределенное время, он все-таки заставил себя подняться и, еле двигаясь, оттащил брошенные прямо на пол книги в свой угол. Он распределял их под кроватью, уговаривая себя, что прямо завтра начнет распихивать по нескольким теперь уже знакомым букинистам.

Библию с апокрифами он припрятал между стеной и кроватью, чтобы ее не постигла участь несчастного паука – быть выброшенной в мусорное ведро.

Потом осторожно, стараясь не издавать никакого шума, Боря закрыл свою дверь и, прямо-таки мышью, причем, глухой, проскочил мимо комнаты пана Трояновского, а следом аккуратно прикрыл и входную.