Артефакты. Магистр Сагрэй

Увидев нас, лисцы зарычали, но нападать не стали: силы были неравны. Звери убежали, а перепуганные дети бросились к нам. С ними все было в порядке, только испугались сильно. Они ведь никогда раньше не покидали дом, и уж тем более не оставались одни в лесу.

Остаток ночи мы обсуждали планы на будущее. Мердок и Кегро спорили о чем-то, но я почти не вникал в их разговор. В голове крутились совсем другие мысли. Мои домочадцы, в общем-то, говорили правильные вещи: надо делать амулеты, раздавать людям, потом связаться с людьми соседних деревень, как-то дать знать о нашем положении на континент и помогать стражам короля свергать вампиров, устраивая мелкие диверсии на острове.

– Нам нужен еще один маг, – прервал я Кегро, когда тот высказывал какую-то очередную бредовую идею. Кажется, угнать корабль.

– Ага. Нужен, – покладисто согласился он.

– Нет, – улыбнулся я его наивности. – Это невозможно. Все люди с магическими способностями отсеиваются еще на подходе к Кьюгарду, на кораблях. Даже если кто и остался, обучить мага с нуля займет годы. – Но у меня есть на примете отличный маг. Ученый и очень умный. Не сильный, правда, но это легко поправить: если дать ему хорошую практику, он быстро восстановит все навыки.

– Да ты что! – И у Мердока, и у Кегро загорелись глаза.

– Хм… – задумался я. – Воевать вряд ли, он слишком стар для этого. Но помогать точно будет. Он из прежних хозяев острова, но уже давно перешел на другую сторону.

– И где этакое чудо находится? – подозрительно прищурился Мердок.

– Там же, где и все остальные, несогласные с местным режимом, – вздохнул я. – В тюрьме. В частности, в башне замка Изаюрд. И завтра же утром мы с вами отправимся туда, чтобы вытащить его из плена.

Глава 3.

На следующее утро мы с Кегро и Амрой готовились к походу. Надо было собрать немного еды и взять с собой все имеющиеся теплые вещи. На острове начиналась осень, и ночи могли быть очень холодными. Амра быстро обняла детей и сестру, окинула прощальным взглядом дом и вышла. Кегро и вовсе не стал задерживаться и последовал за ней. Особые нежности в этом мире не приветствовались, как и любые привязанности: слишком часто приходилось тут терять близких.