Целитель. Навстречу судьбе. Книга первая

Мы сами справимся, – перекрикивал его Маркес.

– Дорен тебя забери! Лекарь!

Анджей стремглав помчался обратно. Оливия стояла посередине шатра и наблюдала за окружающими оранжевым глазами. Зрачок отсутствовал – глазное яблоко было полностью оранжевого цвета.

Целитель направился к девушке, но на пути возник Маркес.

– Не надо. Не делай этого, – умолял он, – я уже потерял ее один раз. Не лишай меня возможности хотя бы видеть ее.

– Мы просили время, чтобы проститься и оно истекло. Теперь позволь лекарю сделать то, что нужно, – старик говорил требовательно и твердо, слегка повысив голос, чтобы не напугать ребенка.

– Как ты можешь так говорить? Это ведь твоя дочь! – кричал мужчина, брызжа слюной в истерике.

– Это больше не твоя жена и не моя дочь, мальчик мой. Ты не знаешь, кто такие Пустые. Если не убить ее сейчас, то вся община окажется под угрозой, – староста продолжал сохранять самообладание и смотрел безумцу прямо в глаза, стараясь переубедить его.

– Сейчас она спокойна лишь потому, что питается моей жизнью, – вмешался лекарь, – но как только я прерву связь, то набросится на любого, кто окажется рядом.

– Мне все равно. Вы не причините ей вреда, – Маркес достал из-за пояса кинжал и направился к Анджею. Старик остался стоять в стороне, держа младенца.

Целитель выхватил меч и выставил перед собой. Он успел вовремя – кинжал со звоном наткнулся на эрбускую сталь. Мужчина почти мгновенно развернулся и ударил в бок под ребра.

Маркес оказался юрким и проворным, точно фокусник на ярмарке, который успевает за время своего представления обокрасть всех присутствующих. Целитель не хотел убивать и старался держать нападающего на расстоянии вытянутого меча, но внимание рассеивалось из-за связи с Оливией. Не покидало противное головокружение и скорость реакции притормаживалась. Слабое освещение еще более усугубляло ситуацию.

Анджей, понимая, что зрение его подводит, ориентировался на слух и обоняние, чтобы уловить передвижение противника. От мужчины пахло потом, кастром и лошадьми. К ним примешивался запах свежей крови и горящих свечей, царивший в шатре. Староста ругался на зятя, но лекарь игнорировал его голос, сосредоточившись на мягких быстрых шагах противника.