Diablo. Орден

Он собирался вернуться в Калдей и проведать их, когда в мире станет поспокойнее. Затем была разрушена гора Арреат, в битве с Баалом недалеко от Харрогата, и дело обернулось весьма скверно. Каина отвлекли мрачные знаки сгущающихся сил Зла (чему он тоже поспособствовал), и годы пролетели очень быстро.

Сейчас он, видя странное поведение Гиллиан, задумался, правильный ли выбор сделал.

???

Декард Каин стоял у стеллажей древней библиотеки, и света от маленького светильника едва хватало, чтобы рассмотреть переплеты книг хорадримов.

Они являлись немыми свидетелями его поражения. Ветер снаружи завывал как зверь, молотя в толстые каменные стены собора Закарум. Ледяные порывы обдували обнаженные голени Каина, как дыхание призраков. Вокруг пламени кружилась пыль.

Он снял фолиант с полки и сел за стол. Принялся водить по строчкам дрожащим пальцем. Чем больше он читал, тем сильнее убеждался в том, что верно понял труды, собранные Иаредом Каином. Его сердце наполнило раскаяние. Так не должно было случиться. Все, о чем вещала мать, ее рассказы о демонах и ангелах, оказалось правдой.

А он отметал это в течение пятидесяти с лишним лет! А теперь видит перед собой подробные хроники. Настоящий учебник по истории, а не сборник мифов.

Снова он услышал голос матери. «Иаред твой предок, а ты… ты последний в именитом роду героев…»

Каждая струнка его рассудка вопила, не желая соглашаться. Он не хотел принимать то, чего не мог понять. Он – школьный учитель и книжник, а не безумный мечтатель. Но события последних недель трудно было отрицать.

Откуда-то из глубин под его ногами донесся немыслимый стон. За ним последовал еле слышный лязг металла. Декард Каин пытался убедить себя, что это – просто ветер, дующий сквозь пустые залы. Вздрогнув, поплотнее запахнул балахон.

Тристрам оказался в разрухе. Король Леорик лишился ума и явно находился под влиянием чего-то темного и могущественного. Каин мог только догадываться, исходя из прочитанного, кто это мог быть. Сам Диабло, Владыка Ужаса.

Достав из поясного мешка потрепанный дневник, он начал писать.

Но нынешним вечером слова не шли на ум.

Каин потер ноющие, затуманившиеся глаза. Он не спал больше двадцати часов. Огонек в светильнике мигнул, и спустя мгновение Каин услышал звук открывающихся дверей. По проходу бежала молодая женщина в плаще, накинутом на ночную рубашку.

– Гиллиан, – сказал он, беря в руку посох и вставая. – Что ты тут делаешь?

Прекрасные голубые глаза барменши были расширены от страха.