Секреты Родни Длаба. Артефакт тёмных эльфов

С жуткой головной болью и звёздочками в глазах, тот попытался встать, как тут же был придавлен сверху чем-то тяжёлым, весившим целую тонну. Родни натужно охнул и поднял глаза: на нём лежал не менее потрёпанный тёмный эльф, показавшийся смутно знакомым. Снаружи раздались голоса и тот, ругаясь как местный сапожник, быстро вскочил и, перемахнув через барную стойку, спрятался за деревянную бочку с пивом.

Ровно в тот момент, как гном с трудом сел, дверь вновь распахнулась и в таверну ворвались ещё двое ушастых, такие же потрёпанные, но более недружелюбные.

– Эй ты, пьяница! Не видел тут тёмного эльфа? – крикнул один, обращаясь к Родни.

– Кого ты назвал пьяницей?! – возмущённо выговорил тот еле ворочающимся языком.

– Дай-ка я, Сал, – произнёс второй эльф. – Уважаемый, может вы, скрашивая свой досуг, случайно заметили пробегающего мимо господина с украшением в руках?

– Да что он мог заметить! Он летающего слона бы и не заметил. Говорю же, пьяный вдрызг, – снова встрял первый.

– Ничего я не пьяный! – начал закипать Родни, и, попытавшись подняться, вновь плюхнулся на задницу.

А затем, словно оправдываясь, крикнул.

– Приседаю я, понятно?! И нет, не видел я никакого эльфа, кроме двух ушастых идиотов, которые пьяницу от порядочного гнома отличить не могут.

– Кого ты назвал идиотами? – завёлся Сал, но его напарник, извиняясь, потащил того на выход из таверны.

Когда они скрылись из виду, из-за бочки, сгибаясь пополам от хохота, выполз тёмный эльф и, за шкирку подняв гнома, произнёс.

– Ну спасибо, дружище. Я теперь твой должник. Давно кстати так не смеялся.

* * *

Придя в себя, Родни рассматривал сидящего напротив тёмного эльфа. Неудивительно, что тот показался ему знакомым – перед ним сидел сам принц королевства Сал’адор. Они не раз пересекались на торжественных приёмах, ещё в то время, когда был жив отец Длаба. Дайгон Шераз был старше Родни на несколько лет[7 - Совершеннолетие у эльфов наступало в 100 лет, что приравнивалось 20 годам гнома, т.

Не видя смысла и дальше скрываться, Длаб откинул капюшон, ловя на себе взгляд изумления.

Они проболтали всю ночь, а когда начало светать, Родни внезапно погрустнел. Дайгон заметив резкую перемену гнома, участливо поинтересовался в чём дело.