Демон

В тамошнем цехе ему клеймо не дали. Духовник воспротивился».

– Возьми этот, господин, – кузнец протянул вложенный в ножны меч.

Найл принял в руки оружие, наполовину вытянул клинок из ножен. На сверкающей стали темнел вороненый завиток вокруг правильного квадратика.

– Двести восемьдесят лет назад, – гордо сообщил кузнец, – меч с таким клеймом помог барону Вересковой долины остановить нашествие смарглов.

Этим было сказано все.

Найл не знал, кем был барон Вересковой долины, кто такие смарглы, куда и зачем они шли – но двести восемьдесят лет назад пра-пра-прадед мастера смог изготовить клинок, принесший неизвестному герою победу, и теперь пра-пра-правнук скорее сдохнет от голода, нежели позволит себе допустить хоть какую-то недоделку и опозорить древнее родовое клеймо.

– Спасибо тебе, Хаур, – Посланник вогнал меч обратно в ножны. Надеюсь, моя рука окажется не слабее руки барона.

Купцам стало ясно, что правитель окончательно растаял. Они выбрались из-за стола и потянулись к нему.

– Наш город расцветает прямо на глазах, – осторожно начал Дорух.

– Если никто не станет мешать нашему господину, – вставил кто-то невидимый за спинами остальных.

– Чья-нибудь глупость или хвастовство могут очень легко и просто погубить самое великое начинание, – уточнил Флаймер.

Найл молча ждал, пытаясь угадать, к чему это так долго и осторожно ведут разговор купцы.

– Вот, например, – внутренне напрягшись, продолжил Флаймер, – недавно моряки ваши рассказывали про золотую страну за морем. Что там даже самый нищий бедняк с золотой посуды ест и из золотых кувшинов воду пьет…

Посланник промолчал.

– А женщины корабельные даже украшения из этой страны показывали, – добавил другой купец.

– Это не «корабельные женщины», – поправил Найл, – а хозяйки кораблей. Можно даже сказать, капитаны.

– Так была золотая страна или нет?! – не выдержал Дорух.

– Конечно была, – пожал плечами правитель. Я привез из нее платье для своей Ямиссы.

Все дружно повернулись к княжне, словно в первый раз увидели плетеную из мелких золотых колечек парчу и чеканные пластины груди.

– Помнится, – добавила от себя Ямисса, – Посланник этого даже не скрывал. Но если ваши моряки, господин, станут рассказывать об этом каждому встречному, – тревожно предупредил Дорух, – тайна не удержится и года.