Племя

Точнее, перед каменными столбами, ограждающими гаревую дорожку, ведущую к двухэтажному особнячку, утонувшему в глубине сада.

Коттедж блестел чисто вымытыми стеклами, отливал глянцевой коричневой кровлей, вычурными резными перилами крыльца.

На миг Найл подумал, что находится внутри Белой Башни, и Стигмастер в качестве очередной загадки подкинул ему богатую виллу в стиле двадцать первого века. Правитель подошел к одному из столбов ворот, выгреб себе на ладонь рыжую пыль из небольшого углубления, и тут же сдул ее на дорожку:

– Ржавчина.

– Что это, мой господин? – Нефтис указала на большие каменные головы, установленные поверх столбов. Помимо густых кудрей, головы украшали длинные витые рога.

– Похоже на Минотавра, – пожал плечами Найл. – Наверное, хозяин этого дома был поклонником искусства древней Эллады.

– А кто такой Минотавр?

– Говорят, жил в древности такой мужчина с бычьей головой и дурным характером.

– А кто такая Эллада?

– Далекая страна, лежит в южных морях, – Найл вложил меч в ножны. Входить в чужой дом с оружием в руках ему не хотелось. – Навул, отстань еще немного. Если на нас кто-нибудь нападет, можешь стрелять.

На Земле случается много чудес. Своими собственными глазами Найл видел уцелевшие с древних времен стальные инструменты, украшения, мебель, книги. Но ни при каких обстоятельствах он не поверил бы, что на протяжении тысячи лет брошенный на произвол судьбы газон может остаться стриженным, а гаревая дорожка – ровной и не заросшей.

– Здравствуйте хозяева! – громко произнес он, закидывая щит за спину. – Мы пришли к вам с миром!

Одновременно Посланник Богини послал в сторону дома несколько импульсов эмоции дружелюбия, немного выждал, а потом медленно двинулся вперед, готовый немедленно остановится, если последует хоть какой-нибудь ответ.

Сразу за воротами, справа и слева стояли очень похожие скульптуры в полный рост: совершенно черный шагающий человек в набедренной повязке с головой собаки, а напротив него – с головой сокола…

– Анубис и Гор, – сразу узнал их Найл.

Дорожка заворачивала за группу низких кипарисов, в тени которых стояла обязательная для любого любителя истории Афродита Милосская: туника сползла ниже бедер, а рук, способных подхватить одежду, нет уже три тысячи лет.