Цитадель

– Слушаюсь, правитель, – не разогнулся Лисе.

– И где они будут? – решил уточнить Найл.

– Ну… Вот… – замялся строитель и уже более внятно закончил: – Мы спросим у принцессы Мерлью. Она укажет место.

– Хорошо, – согласился Найл. Он поднялся на третий этаж, обошел здание по периметру. Ему здесь откровенно нравилось. Нравился красивый вид, нравился свежий воздух с реки, нравилось величие здания, которое должно стать памятником свободе. Он даже решил выразить свою благодарность принцессе, которая так хорошо все устроила.

Только не сегодня. Сегодня она выходит замуж. Не стоит отвлекать.

Он быстро сбежал вниз по лестнице и отправился обратно во дворец… Первым человеком, которого он увидел на крыльце, была принцесса Мерлью.

– Как, разве ты не выходишь замуж? – невольно спросил он.

– У тебя только одно на уме, – вздохнула Мерлью. – Так хочешь от меня избавиться?

– Просто я хочу извиниться. Вчера я погорячился.

– Да? – приподняла брови девушка.

– Почему?

– Как гласит древняя поговорка, после ссоры первый шаг к примирению делает более мудрый. Раз ты успел извиниться первым, значит, ты умнее.

Она тепло рассмеялась и протянула ему руки. Он улыбнулся и сжал ее пальцы в своих ладонях.

– А теперь, Найл, когда мы разобрались в наших отношениях, расскажи, что случилось?

– Где?

– Ты откуда идешь?

– Был в библиотеке. Ты просто молодец, Мерлью…

– Подожди.

– Ну и что?

– Найл, ты знаешь, что такое «алиби»?

– «Нахождение обвиняемого или подозреваемого лица в момент, когда совершалось преступление, в другом месте как доказательство его непричастности к преступлению», – отчеканил Найл определение, записанное ему в память среди прочих премудростей.

– Вот именно. Дравиг проверял мое алиби.

– О Богиня! – Лирическое настроение Найла сменилось глухим беспокойством. Он встал, отряхнул тунику. – Нет, я ничего не знаю.

– Плохо, – поднялась следом принцесса. – Гадай теперь.

– Послушай, – повернулся к ней Найл и взял за руку. – Я голоден, как сколопендра. Пойдем позавтракаем?

– Пойдем, – послушно кивнула принцесса Мерлью. – Все равно ничего не поделаешь.