Цитадель

Найл усмехнулся, уселся в свой экипаж и скомандовал:

– Во дворец.

Во дворце вокруг Найла немедленно закружилась хлопотливая Джарита:

– Вы не ели с самого утра, мой господин! Разрешите накрывать на стол?

Только тут Найл понял, какой страшный голод накопился в нем за день.

– Накрывай. И немедленно!

– Вы примете ванну перед обедом, господин? – В глазах Джариты уже не в первый раз загорелись кокетливые огоньки. Она ждала того дня, когда правитель слишком устанет, чтобы мыться самому, и позовет ее с собой.

Девушке очень хотелось стать еще ближе к Посланнику Богини. Увы, Найл в который раз отрицательно покачал головой:

– Нет. Я жду гостя. И очень хочу успеть перекусить до его прихода.

– Я накрою в вашей комнате, господин. – Огоньки в глазах погасли. – Все уже готово.

Буквально через три минуты Джарита вошла в комнату с подносом и принялась ловко переставлять тарелки на небольшой столик с высоким зеркалом, стоящий рядом с постелью Найла. По комнате поплыли дразнящие ароматы.

Девушка налила бокал вина и присела на корточки рядом со столом, готовая немедленно выполнить любую прихоть. Однако стоило Найлу потянуть к себе тарелку с крупной – почти в две ладони – запеченной целиком мухой, как дверь распахнулась.

– К вам пришел Шабр, господин, – доложила Нефтис.

В душе Найла вступили в смертельную схватку чувство долга и страсть желудка. Через несколько мгновений желудок победил.

– Попроси его подождать, Нефтис. Я выйду сразу после обеда.

Джарита, у которой с Нефтис шла давняя негласная борьба за внимание правителя, бросила на соперницу победный взгляд, слегка качнулась на корточках и прижалась к ногам господина.

Начальница личной охраны сделала вид, что ничего не заметила, кивнула и вышла.

Найл, глотая слюнки, обратил все внимание на муху, оторвал голову и брюшко, затем взял в руки горячую грудку и с силой нажал большими пальцами в основание лап. Хитиновый покров аппетитно хрустнул и разошелся, обнажив белую душистую мякоть.

Тут снова вошла Нефтис.

– Господин, он просит разрешения говорить во время обеда.

Это меняло дело. Пауки обладают бесконечным терпением и органически не переносят вида поглощающего пищу человека. Если Шабр просит разрешения присутствовать во время обеда, значит, он действительно не может ждать.

– Хорошо, я иду. – Найл вытер руки полотенцем и поднялся. Настал черед Нефтис бросать победные взгляды на соперницу.