Курт Сеит и Мурка

Она приготовила запасные полотенца и простыни. С большим хладнокровием она подбадривала дочь:

– Сделай глубокий вдох, Мюрвет, глубоко вдохни. Скоро повитуха будет здесь.

Но советы делать глубокие вдохи уже не помогали. В живот Мюрвет будто бы всаживали ножи. Она начала истошно кричать.

– Ай! Ай! Ай! Мамочка! Умираю!

Эмине, стирая пот со лба дочери полотенцем, улыбалась.

– Нет, дочка, ты не умираешь, а рожаешь. Ты обо всем позабудешь, когда возьмешь своего ребенка на руки. Поверь, очень быстро забудешь! Так, что сама себе удивишься.

Когда истошные крики Мюрвет усилились, Сеит пришел с повитухой. Опытная акушерка, не теряя времени, вымыла, смазала мазью руки и приступила к работе. После первого осмотра она довольным голосом объявила:

– Все идет по плану. Ребенок уже на пути к выходу. С позволения Аллаха роды пройдут хорошо. К тому же быстро-быстро.

– Иншаллах! – бормотала Эмине.

Для Мюрвет понятие времени стерлось. Боль в паху прерывала дыхание, кричать и вопить не было сил.

– Сделай глубокий вдох и задержи дыхание! – орала акушерка. – Голова показалась! Давай, девочка, сделай усилие! Задержи-ка дыхание!

Эмине подложила руку под затылок дочери и держала ей голову. Она мягким голосом предупреждала:

– Давай, дочка, задержишь дыхание и тем самым поможешь ребенку. Осталось совсем немного.

Мюрвет внезапно ощутила, что ужасная боль у нее в животе прошла, а между ног вместе с теплой жидкостью вышло что-то скользкое. Ее голова беспомощно упала на подушку, в глазах потемнело.

– Поздравляю с прелестной дочкой! Храни ее Аллах! – раздался голос повитухи.

Так появился на свет первый ребенок Мюрвет и Сеита.

Сеит, ожидавший в соседней комнате, был в высшей степени обеспокоен воплями жены. Как вынесет молоденькая Мюрвет пытку? Он ходил туда-сюда с тревожными мыслями, пока не услыхал голос повитухи:

– Поздравляю, Сеит-бей, у вас родилась прелестная дочка.

Сеит до этого момента совсем не думал, кого он хочет – мальчика или девочку.

– Вновь девочка? Теперь их в семье трое.

Он сам не понял, почему это сказал. В сущности, он не был готов стать отцом, не был готов слышать в доме голос ребенка, растить его, брать на себя за него ответственность. Ему показалось, что девочка усилит его одиночество в семье. Он не испытал большой радости. Он уже был готов пойти в спальню, чтобы увидеть жену, когда его остановила Эмине:

– Она очень устала.