Операция «КЛОНдайк»

Юбка была приподнята чуть выше колен, и взгляду открывалось соблазнительное зрелище.

Леонид тихонько присел на скамейку рядом с ней, любуясь ее расслабленной позой и тем, как ее тело все целиком отдавалось солнцу. «Глазок» на ее колене устремил свой «взгляд» в сияющее лазурью небо. Сквозь капрон, обтягивающий стройные ноги Есении, нежно голубели вены.

«Реки синие вен…» – всплыла в памяти знакомая мелодия.

Есения почувствовала его взгляд. Повернув голову, она приоткрыла глаза и какое-то время молча и как-то таинственно всматривалась в Леонида.

«О чем это она думает?»

Леонид начал ерзать по скамейке, поправил галстук… воротничок… вытащил из кармана платок и вытер враз вспотевший лоб. В ее взгляде было что-то настолько манящее и загадочное, что у него перехватило дыхание.

Он протянул к ней руку:

– Есения…

Загадочность из ее взгляда моментально испарилась, а глаза приобрели жесткое выражение.

– Вас там беленой не накормили? – отстраняясь от него, спросила она.

Леонид перевел дух и, признав свою несдержанность, встал и отрапортовал по-военному:

– Белены не ел, это солнечный удар. Осознал, каюсь, больше этого не повторится! – «…в ближайшие два часа», – добавил он про себя, а вслух предложил: – Пойдем, отнесем вещи в мои апартаменты и – на море!

Она с сомнением взглянула на него, но потом взяла свою сумку и пошла рядом.

Домик, в котором должен был жить Леонид, спрятался в глубине территории, утопая в зелени.

Пока он возился с ключом, дверь в соседнюю комнату распахнулась, и их взору предстал огромный мужчина лет пятидесяти пяти, в широченных семейных трусах до колен и с утюгом в руке.

Увидев их, он потешно ойкнул и захлопнул дверь. Через секунду он появился вновь, уже без утюга и в импровизированной тоге из покрывала.

– Я вижу, нашего полку прибыло! – прогрохотал он, протягивая Леониду руку. – Очень рад, меня зовут Кузьма Григо?рович, я из Харькова.

Рука Леонида, которую он самонадеянно не считал маленькой, утонула в ладони гиганта и захрустела от его пожатия.

– А вас как звать-величать, соседи? – продолжая сжимать то, что осталось от руки Леонида, любопытствовал Кузьма Григорович.

– Леонид Ярославович, – простонал тот, вырываясь.