Необычное приключение

Деревня, которую мы не видели много лет, представляла собой жалкое зрелище: на месте картофельных полей рос бурьян, а огромные теплицы, где мы когда-то бегали от сторожа, рухнули на землю. Дома, бывшие некогда жилыми, смотрели на нас глазницами разбитых окон. Жилыми оставались всего несколько домов, и то они сейчас пустовали, хозяева приезжали редко.

– Колхоз давно обанкротился, а председатель и последние работники разъехались кто куда.

Мы взяли вещи и двинулись в путь. Паша поцеловал Анну, она обещала вернуться за нами, когда он позвонит ей, развернула машину и уехала.

– А где мы будем ночевать, ты всё продумал?

– Да, заночуем в моём доме, деда Дима отстроил его заново, ещё до того, как бабушка умерла, так что жить нам есть где.

Дмитрий Васильевич и вправду перестроил дом моего детства, но он выглядел совсем не так, как я его помню. Крыша уже успела потемнеть от времени, а стены начали покрываться плесенью.

Ворота были открыты, и мы спокойно прошли внутрь, поднялись в сени и открыли двери.

– Давай откроем окна и проветрим немного, а то я задохнусь от этого запаха. И ещё не мешало бы поесть.

– Это не проблема, сейчас принесу дров, да растопим печь, заодно и пельменей отварим.

Я достал из сумки термо пакеты, в них лежали ещё холодные пельмени.

– Вот они, блага цивилизации! Знали ли мы про такое пятнадцать лет назад?

– Это ещё ничего, главное, чтобы тут ловил интернет.

Паша достал из кармана телефон, который ему подарила давно забытая пассия, и стал бегать по дому в поисках сети.

– Зачем тебе тут интернет, мы монеты искать приехали или что?

– Мне интернет необходим как воздух, если его не будет, как я буду общаться с женщинами?

– Женщины, женщины, как будто в мире ничего другого нет, кроме как женщин и алкоголя.

– Есть, но они меня мало интересуют. В моей жизни только две цели: пить и заниматься сексом, всё.

Я осуждающе покачал головой.

– Эх ты, может тебе начать таблетки принимать? Ну знаешь, есть такие, для животных, секс-стоп называются.

– Пробовал, не помогают.

Дрова лежали на улице, под крышей старого сарая, он сохранился после пожара. Я вышел на улицу, набрал охапку, вздохнул полной грудью, и прислушался.