Кольца древних Богов

В такие моменты они чувствовали себя самыми счастливыми на свете; на этой полянке, освещённой луной, где не было никаких забот и проблем. Но пришло время идти домой, парень проводил её до дома, и они тепло попрощались.

Дорога вывела его на небольшое возвышение, на котором ютились небольшие деревянные домики. Тут не было такого количества света, как на рынке, а местами и вообще было не видно дальше вытянутой руки. Из трубы валил дым, животные в хлеву копошились и громко кудахтали курицы. Его мать Роу Фенг, хозяйка дома, худенькая женщина тридцати пяти лет, заканчивала работу по хозяйству.

На плите кипела похлёбка из риса и курицы. Мясо подавали только по праздникам, в остальное время пища была гораздо скуднее. Небольшой домик состоял из трёх комнат, отделённых друг от друга ставнями. В одной была кухня, плита из грубо сложенных камней, обмазанных глиной и деревянный стол. А в другой три кровати, для него и его братьев. Когда отец был дома, Бао обычно ночевал в хлеву на циновке, но сейчас он с братьями отправился в военный поход, поэтому ему позволено было спать внутри. Третья же комната была спальней родителей.

– Бао, садись сынок, скоро ужин, – она хлопотала возле очага, накладывая еду в глиняные тарелки, – почему у тебя лицо красное?

Парень сел на чурбан, служивший им табуретом, и взглянул ей в глаза, – Мама, почему в жизни всё так несправедливо. Одни люди не могут дружить с другими людьми, чем одни лучше, а другие хуже?

Мать обернулась лицом к сыну, в руках у неё была миска с супом.

– Не все люди равны, ты должен это знать, сынок, вот наш император…

– Но Кван Чжан даже близко не император, он простой кузнец!

– Ох, теперь понятно, о чём ты, всё сохнешь по той девчонке, Сюли. Она, безусловно, довольно симпатичная девушка, но…– женщина задумалась, пытаясь подобрать слова, – но её отца можно понять, он хочет найти достойную кандидатуру для своей дочери.

– Но почему, разве он не хочет спросить саму дочь о том, что она хочет?

– То, что она хочет, не имеет особого значения, Кван человек расчётливый, и его волнует только то, сколько у тебя денег, а у нас сынок, – тут она горько вздохнула, – ни гроша за душой.

– Это несправедливо! – Бао вскочил, едва не опрокинув содержимое чашки, – однажды я заработаю столько денег, что со мной будут считаться все!

– Поешь, не каждый день у нас мясо на столе, – сказала мать, – вот если бы твой отец был здесь…

Она замолчала, и склонила голову, лицо её стало задумчивым и грустным.