Открой мою ночь

Чуть позже подойдите, я дам вам список тех, с кем меня соединять в любой момент. Также вам надо будет систематизировать все папки в шкафу. Как вы это сделаете, мне не особо важно, главное, чтобы вы сами смогли там быстро найти все, что мне может потребоваться в любую минуту. На этом пока все. Какие-то вопросы есть?

– Нет, мистер Лонг, все предельно понятно.

– Ну что ж, тогда приступайте, мисс Девидсон. Если вы мне понадобитесь, я вас вызову.

Вернувшись на свое место, я вздохнула с облегчением. Нет, было в нем что-то такое, что вызывало во мне панику.

День пролетел практически незаметно, ничего важного и сложного мне не поручали, видимо, позволяя освоиться на рабочем месте. Завершив дела, я посмотрела на часы. Стрелки показывали без пяти минут восемь, рабочий день почти закончился, и я уже хотела подойти к мистеру Лонгу, чтобы спросить, нужна ли я ему еще сегодня, как он вышел сам.

– Мисс Девидсон, вы уже разобрались со всеми поручениями на сегодня?

– Да, на сегодня я все закончила, вам нужно что-нибудь еще?

– Да, пожалуйста, добавьте в расписание на завтра обед с мистером Филчем из «Дженниг констракшн» и можете быть свободны.

– Конечно, сейчас сделаю. – Мой голос хоть и дрожал, но был максимально вежлив, а зная свою реакцию на внешность Вэлиана Лонга, я старалась и вовсе на него не глядеть.

– Прекрасно.

На секунду мне показалось, что в его голосе была усмешка, я обескураженно посмотрела на начальника и… лучше бы я этого не делала. Он стоял, небрежно облокотившись на дверной косяк, и действительно улыбался. От этой улыбки на душе стало неимоверно тепло, но, когда я взглянула в его глаза, невольно вздрогнула: серые глаза смотрели изучающе, холодно, словно он подбирал манеру поведения именно для меня, изучал. Мне снова стало не по себе, и, слегка покраснев, я уставилась обратно на монитор.

– Всего доброго и до завтра, мистер Лонг, – тихо произнесла я. Правда, боковым зрением все же заметила, как его скривило, когда я пожелала ему всего доброго.

Ничего больше не сказав, Вэлиан Лонг покинул приемную, оставив меня в растерянности смотреть в монитор и пытаться понять причины его поведения. То он бесконечно вежлив и, можно сказать, добр, а то изучает как под микроскопом, отмечая малейший взгляд – нет, даже движение.